Книга Хана, вызывайте некроманта, страница 65 – Виктория Рогозина

Путь их лежал к величественному зданию Инквизиции, высокому и грозному, словно возвышающемуся над всем городом. На его мраморных ступенях стояли несколько жрецов. Они курили, лениво переговариваясь о последних новостях, туман обволакивал их фигуры, но они, казалось, не замечали ни холода, ни сырости.

Увидев некроманта и его «улов», жрецы замерли. Сигареты выпали из рук, гаснув на камне. Их любопытные, настороженные взгляды были устремлены на приближающуюся четверку.

— Ну и что это за компания? — бросил один из жрецов, глядя на некроманта.

Другой с хмурым лицом добавил:

— Выглядят они... зловеще.

Некромант не ответил. Он продолжал идти, молча и целеустремленно. Его шаги отстукивали глухую, монотонную мелодию на камнях мостовой. Трое пленников шли следом, как тени, беззвучно и послушно.

Туман, казалось, сгущался, обволакивая всех в загадочную дымку. Жрецы обменялись взглядами, явно не понимая, что происходит, но не осмеливались остановить некроманта, зловещая аура которого говорила громче любых слов. Туман, густой и тяжелый, застилал улицы, словно пытался скрыть город от света раннего утра. Он ложился влажной пеленой на мостовые и стены зданий, обволакивал прохожих, что спешили по своим делам, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Среди этой завесы, едва различимые на расстоянии, двигались четыре фигуры.

Во главе шествия шел некромант, чье темное одеяние казалось частью самого тумана. Теодор выглядел величественно и угрожающе, как воплощение ночного кошмара. Его шаги были размеренными, но каждый удар его сапог о камень отозвался бы эхом в сердце каждого, кто осмелился бы взглянуть на него. В руках некроманта звенела цепь, звуки которой разрывали утреннюю тишину, словно крик забытой души.

За ним следовали трое. Двое мужчин — Кай и Амрэй — шли с каменными лицами, но их глаза горели скрытым огнем. Сжатые кулаки и напряженные плечи выдавали в них готовность к битве, к последнему броску, который, возможно, решит их судьбу. Третьей была девушка. Её хрупкая фигура, казалось, терялась в тумане, а длинные пряди волос были спутаны, будто ветром и болью. Её глаза блестели, но не слезами, а чем-то иным, непостижимым, что заставляло взгляды жрецов невольно задерживаться на ней.

Поднявшись к подножию главной лестницы, Теодор ненадолго замер. Перед ним высилось массивное здание Инквизиции — монументальное, словно сама вечность. Его серые стены, испещренные древними рунами и символами власти, казались равнодушными к тому, кто входил внутрь, будь то маг, жрец или пленный. Величественные колонны, скрытые в тумане, уходили ввысь, будто подпиравшие небеса.

Процессия продолжила движение. Каждый шаг был как удар колокола, приглушенный, но звучащий в душах всех, кто наблюдал за ними. Жрецы, стоявшие на лестнице, словно статуи, с удивлением и тревогой смотрели на приближающегося некроманта. Их лица отражали смесь любопытства и опаски.

Теодор двигался, как воплощение неизбежности. Его глаза, сверкавшие в тени капюшона, скользили по фигурам жрецов, не задерживаясь ни на ком. Воздух вокруг, казалось, сгущался, и даже те, кто стоял поодаль, ощущали странную тяжесть.

Взгляд Амрэя был устремлен вперед. Он не замечал тумана, не слышал скрипа цепей, только чувствовал тяжесть Окси, идущей рядом. Ее шаги были неуверенными, будто ей приходилось бороться с каждой пройденной пядью. Её дыхание было тихим, но каждое движение отзывалось в нем острой болью.