Книга Желанная, страница 43 – Майя Марук

— В чем она была одета на маскараде у Асмадея? — спросил Влад у брата, открывая последнюю бутылку южного вина.

— В платье из золотых монет.

— Уверен?

— Мы тогда поругались, не помнишь? Она сказала, что я не обращаю на нее внимания. Или, как-то так. Что она маску просила, а я забыл.

— Вы не ругались. И ты маску ей принес. Специально чертей загнал в мир смертных, чтобы они тебе притащили тебе павлинов. А потом еще сидел, сам им перья из жопы выдирал. А вот мне Саломея устроила скандал за платье. Потому что я не вижу ее личность, а только деньги. Я выкинула его, пошла в какой-то дурацкой рыбацкой сети и твоих перьях.

Братья замолчали. Ненадолго. Адам застал их как раз в тот момент, когда Влад разлил по бокалам последние капли вина.

В таком состоянии слуга видел их только перед тем, как демоны решили перейти реку забвения. История ему не понравилась, он напрягся.

— Адам!

— Слушаю, князь.

— Ты помнишь сервиз с золотыми нитями? — Влад внимательно посмотрел на слугу.

— Конечно.

— И ты помнишь, об чью голову Саломея его разбила? — включился в разговор Конрад.

— Конечно, помню, — фыркнул Адам и на всякий случай отошел от демонов дальше.

— И об чью? — Влад наконец-то снял с лица маску и внимательно посмотрел на слугу.

— Об мою, — Адам постучал по виску.

Братья переглянулись. Слуга не понял, что происходит, но на всякий случай приготовился оправдываться.

— Уверен?

— Конечно. Хозяйка тогда впервые оказалась в поместье князя, и вы не удосужились никого оповестить, что в доме появилась хозяйка. Вот я и попытался выгнать её из вашей спальни.

— А как посуда оказалась в спальне? — не понял Влад.

— Так, вы этот сервиз только купили и никак не могли с ним расстаться. Вот и выставили в спальне.

— Он стоял в золотой витрине, — уверенно сказал Конрад.

— Он никогда не стоял в витринах, вы что-то путаете. Это был единственный сервиз, который хозяйка разбила.

Мужчины переглянулись. Потом Конрад задал второй вопрос:

— А в чем Саломея пошла на маскарад к Асмадею?

Адам окончательно растерялся.

— В платье из монет, которые князь выбрал из своей сокровищницы, и в маске с перьями. До сих пор не понимаю, как можно было за павлинов заплатить целую унцию жертвенной крови, а потом еще и самому драть из них перья. Это вам повезло, что ваша жена понимающая. Еще и обрадовалась.

— Ты хочешь сказать, что Саломея пошла в том, что мы ей подарили?

Адам прищурился. Если бы не знал, что его работодатели — демоны, то предложил бы вызвать врача.

— И скандал не устроила? — уточнил Влад.

— Саломея никогда не скандалила.

Адам с недоверием смотрел на братьев. Адам хорошо помнил Саломею. Скандалы не были ее стихией. Скандала — это было слишком просто. Если бы случилось что-то серьезное, она бы во сне спилила им рога, а потом продала на черном рынке. И уж точно не стала бы тратить силы на битьё посуды.

— А гурии? Ты сам видел, как они трогали мои рога?

Адам задумался. Влад и Конрад смотрели на него так, что слуге становилось не по себе, и перспектива провести пару столетий в Валгалле уже не так чтобы пугала.

— Как я мог сам видеть, если вход в Эдем мне запрещен?

— Тогда откуда ты узнал про рога?

— Весь Вечный Город об этом знал, князь. Демон в райском саду!

В комнате снова повисла тишина. Адам попробовал вспомнить, кто ему рассказал про Мамона, но ничего не получилось.