Книга Брошенка, страница 38 – Ирина Манаева

Когда Скорая всё же приехала, они осмотрели Гришу и приняли решение везти в больницу.

— Я с вами, — бросилась к ним Лена, которую трясло от пережитого и того, что ещё предстоит пережить.

— Девушку, ну куда с ребёнком? — остановила её фельдшер, пока водитель открывал двери, а двое парней помогали поместить каталку внутри. — Домой идите, он вам потом позвонит, телефон же есть?

— Есть, — кивнула Лена, крепко держась руками за коляску. — Гриша, — окликнула она его, заглядывая внутрь, но водитель отодвинул её, захлопывая двери. — Что с ним?

— В больнице разберутся, — усаживалась девушка рядом с шофёром.

— Мы вас домой проводим, — переглянулись парни, — вдруг тот мужчина где-то неподалёку.

На глазах наворачивались слёзы от беспомощности. Быть рядом с ним, держать за руку, поддерживать, говоря, что всё будет хорошо, вот, где она должна быть, и неизвестно, кто сейчас нуждается в ней больше: муж или ребёнок. Она заглянула в коляску, откуда на неё уставились два серых глаза, доставшиеся Диме от отца, ведь у Лены были зелёные. Машина тронулась, и Лена всё стояла, смотря её вслед.

— Девушка, — тронул осторожно её за плечо один из парней, — идёмте.

Лена кивнула и, развернув коляску, поспешила домой. Она только сейчас поняла, что даже не знает больницу, куда повезли мужа. Так растерялась, что не спросила.

«Успокойся», — говорила она сама с собой, — «всё будет хорошо, должно быть». Но Гришино лицо и ноги, лежащие в неудобной позе, стояли перед глазами. «Он нужен мне любой», «ничего неважно, только он».

— Кто это был? — решил полюбопытствовать парень.

— Что? — Лена не сразу поняла, что обращаются к ней.

— Мужчина, который ударил вашего мужа. Вы его знаете?

Лена кивнула, но витала в своих мыслях, и ребята решили, что вопросов достаточно.

— Спасибо, мне сюда, — остановилась она около подъезда, открывая чипом домофон.

Парень придержал дверь, пока Лена не въехала туда с коляской, а потом вручил трость, которую нёс всё это время.

— Точно всё нормально? — на всякий случай спросили они.

— Спасибо вам большое, — ещё раз поблагодарила Лена и отправилась к себе.

Нужно было срочно позвонить, она набрала мужа несколько раз, но телефон так и не подняли, оставить ребенка, которого предстояло обмыть, переодеть, она просто не могла, а потому занялась малышом, не переставая думать о том, как там Гриша.

— Мама, — чуть не крикнула она в трубку, когда Галина позвонила, — Гриша в больнице.

— Что случилось? — спокойно спросила мать, чтобы не напугать своей реакцией дочку, которая и без того звучала напугано, пока сердце ухало в груди.

— Это Никита, — рыдала в трубку Лена, — он избил Гришу.

— Что? — ахнула мать, уже не в силах сдержать эмоций. — Подлец, негодяй, — костерила она бывшего зятя на чём свет стоит.

— Мамочка, мне так страшно, — Лена ходила из одного угла комнаты в другой, поглядывая на сына, лежащего в кроватке. Он пытался встать и взяться за бортик, совсем как его отец час назад, и у Лены вновь защемило сердце.

— Ты дома?

— Да, меня проводили два каких-то парня, они и помогли их разнять. Я не знаю, куда увезла его Скорая.

— Успокойся, — пыталась подействовать на неё издалека мать, понимая, что слова вряд ли помогут. Она глянула на часы, понимая, что в ночь ехать не стоит. — Слушай, сейчас ты уложишь ребёнка, успокоишься, потому что молоко может перегореть, помни, ты сейчас принадлежишь не себе, а сыну в первую очередь, а потому думай о нём. Он маленький, нуждается в твоей защите. Завтра с утра мы с Лёшкой будем у тебя, отца брать не стану, пусть присмотрит за хозяйством, и, сама понимаешь, не хочу лишний раз говорить ничего. Обойдётся, может, — она понимала, отчего Лене так страшно, какая существует вероятность. Пусть не говорили о том, но и без слов очевидно.