Книга Измена. Плата по счетам, страница 56 – Ирина Манаева

— Спроси у неё сам. Я не занимаюсь передачей информации.

— Ну хватит уже. Ты моя мать или её?

— Знаешь, вчера я тоже стала сомневаться в родстве. Хотя, вру. В тот день, когда ты сторожил мою дверь, чтобы я не сбежала.

— Да откуда мне знать, что у вас происходит. Отец сказал, что у тебя нервный срыв.

— А ты и рад верить, да? Как удобно.

— Я не ругаться звоню. Извини меня. Давай забудем.

— Это сделать очень сложно, потому что…

— И это. Можешь денег скинуть?

Хмыкаю от его наглости. Он меня даже не дослушал, перебил. Так не терпелось перейти к сути звонка.

— Не могу, Слав. Не могу, — цокаю языком.

— Карточку потеряла? Так я сам подъеду, ты где?

— Ничего себе, какой сервис. А сколько же тебе не хватает?

— Так, на карманные расходы. Немного, тысяч двести.

— Не слишком ли большой у тебя карман, сынок? И запросы. А что же дорогой отец? Друг познаётся в беде!

— Я ему не звонил пока, — врёт мне в наглую. Уверена, что начал он как раз с того, кому помогал. Но Ростовцев не любитель раскидываться деньгами, тем более сейчас, когда у самого задница горит.

— Знаешь, денег я тебе не дам. А только совет.

— Ма-ам.

— Бери руки в ноги и вперёд на работу. Говорят, там деньги платят тем, кто трудится.

— Тогда я контракт подпишу.

— Какой? — не сразу понимаю.

— Такой, где сразу деньги дают.

— Дурак ты, Слав. Все мозги с Эльвирой растерял. А у тебя под носом, между прочим, такая женщина!

Кажется, он решает, что следует похвалить Лизу, чтобы начать с начала свою просьбу.

— Мне с ней повезло, конечно. Может, тогда сто? — начинает торговаться.

— Какой же ты гнилой. И в это ничтожество влюблена моя невестка. Надеюсь, ты хоть что-то изменишь в своей жизни, — произношу и кладу трубку. Больше нам разговаривать не о чем.

Мать напоминает о встрече в 19.00, а я делаю вид, что не прочитала. Пусть разбираются без меня.

Через три часа звонят по поводу исследований.

— Удалось выяснить, что там у вас за препарат, — говорит Матвей, и слышу, как хрустит кресло под его весом. — Заключение напишу, если вдруг понадобится.

— И что там? — волнуюсь. Последнее время у меня не жизнь, а одно большое потрясение. Вот и сейчас он такой спокойный по ту сторону связи, а у меня нервозность, чтоб её.

— Пентобарбитал, — называет препарат. Что-то знакомое, но точно не могу сказать. — Снотворное, в общем. Только при передозировке вызывает смерть от остановки дыхания. Кстати, использовалось в США для исполнения смертной казни, а в Нидерландах и Швейцарии для эвтаназии. Интересный факт, что возлюбленная Владимира Маяковского Лиля Брик покончила с собой при его помощи, а ещё предположительно в результате передозировки пентобарбиталом в 1962 году умерла известная актриса Мэрлин Монро.

Он замолкает, давая мне вставить слово. Наверное, забудь я название снотворного, обязательно вспомню про Монро.

— Сервис, — хвалю его. — Спасибо за работу. Скину вам почту, чтобы переслали заключение.

— Да, без вопросов. Удачи.

Подъезжаю к кухне, слыша, как разговаривает Лера с мужем.

— Ты уверен?

— Ну да, я что слепой?

— Может, показалось. Ты Инге не говори, я сейчас сама разберусь.

Въезжаю на кухню, перегораживая выход, и Лера грустно вздыхает. Внучка смотрит большой телевизор в гостиной, нейтрализованная мультиком, и ест нарезку из фруктов. Подруга у меня золотая, конечно.