Книга Хозяйка каланчи, страница 59 – Адель Хайд

И все замолчали.

Через пару мгновений Маша всё-таки не удержалась и спросила:

— А что с моим сводным братом теперь делать? Я обещала о нём позаботиться.

Граф Давыдов сказал:

— Мария Викентьевна, вам сперва надобно принять наследство, да посмотреть, что там. Если вы говорите, что дом бедный, так что артефактов освещения не хватает, так может быть там ещё и долги. Потому как обычно дом, стоящий над родовым источником, редко когда ветшает. Даже, если артефакты не обновлять. Магия источника их подпитывает.

Граф посмотрел на тётку:

— Анастасия Филипповна, завтра пришлю законника проследите, чтобы он разобрался в ситуации. А я несколько дней буду у государя. Потом надобно в Северную столицу переместиться, а потом уже вернусь.

Давыдов перевёл взгляд на меня:

— Дарья Николаевна, может к моменту моего возвращения у меня уже будет информация о договоре, и о том, какое решение примет государь император.

— А в школу нам можно ходить? — спросила я, покосившись на Машу.

— Отчего же нет, конечно, можно, — ответил граф Давыдов, — а теперь даже нужно, — и тоже на Марию посмотрел, — я напишу директору, чтобы и Марии Викентьевне добавили в расписание занятия для магов.

Потом граф перевёл взгляд на меня и добавил:

— Вот только держитесь подальше от Каланчи, Дарья Николаевна.

А я подумала, граф, наверное, всё же умеет мысли читать, потому что при мысли о школе я как раз подумала о том, чтобы снова пройти мимо каланчи, и проверить, действительно ли я кого-то слышу, или это моё воображение.

Пришлось пообещать. Вот только всё, как обычно, пошло не так.

Граф Давыдов уехал на следующее утро. Я видела, как его карета скрылась за воротами особняка, и почувствовала странную пустоту. Но была надежда, что Денис Васильевич был тем, кто держал всё под контролем, кто знал, что делать, и, что ему удастся договориться с императором.

В этот же день приехал законник, которого прислал граф Давыдов. Это был тот же самый мужчина, который консультировал меня по вопросам претензии Алабиных. Звали его Пётр Андреевич Кротов, и он сразу принялся за дело.

Мы с Машей сидели рядом в малой гостиной, пока он разговаривал просматривал документы, которые мы принесли из дома Балахниных.

— Ситуация непростая, — наконец произнёс он, сняв очки и потерев переносицу. — по документам у Викентия Балахнина были значительные сбережения. Но вот по этому договору, каждый месяц оплачивалась крупная сумма.

— А что за договор? — спросила я.

— Договор на защиту, — ответил законник, и пояснил, — обычно такие составляют, когда род формирует армию. В этом случае действительно и расходы большие и длительность договора тоже не маленькая.

— Не было там никакой армии, — мрачно произнесла Маша, а я кивнула.

— Это-то и странно, — задумчиво произнёс законник.

— Аркадия Ивановна говорила, что денег нет, — тихо сказала Маша. — Что всё ушло на содержание дома и обучение сына.

— Обучение в частной школе для одарённых недёшево, это правда, — согласился Кротов. — Но не настолько, чтобы разорить род. Здесь что-то не так.

Пётр Андреевич нахмурился:

— Но, поскольку вы приняли силу источника, и являетесь на данный момент единственным представителем рода Балахниных, магически совершеннолетним, — законник снял, а потом снова надел очки. — В любом случае, Мария Викентьевна, вам необходимо официально вступить в права наследства, теперь другого выхода нет, вы не можете отказаться, вернее так, можете, но в этом случае род Балахниных будет передан кому-то.