Книга Хозяйка каланчи, страница 14 – Адель Хайд

— Я не вру, — сказала я, поймав себя на желании закрыть рот обеими руками, потому что взгляд Горгоны сквозь прищуренные глаза не обещал ничего хорошего.

Бороновская ласково улыбнулась:

— Да как же так, девочка, я же сегодня видела, что на обед подавали, проверила всё, еда свежая, сытная, в достаточном количестве, и вправду много осталось.

«Ага, — подумала я, — если бы нас всегда так кормили, вряд ли бы все такие бледные ходили.»

Но по всей видимости, госпожа директриса видела только то, что хотела, а вот по лицу ледовея стало понятно, что этот разговор он терпит, потому как он здесь по другому делу.

Бороновская, видимо, тоже ощутила недовольство мага, потому что оно прям холодом разливалось по кабинету и сказала:

— Господин пристав, пожалуйста, спрашивайте, что вы хотели узнать.

Ледовей перевёл на меня взгляд и спросила:

— Вы видели, кто ставил тарелки на стол?

— Да, разносили как обычно, — ответила я, приготовившись заплакать, но плакать у меня не получилось, потому что всё пошло не так.

— Почему отравленная каша оказалась в тарелке у Милании? — вдруг спросил меня ледовей.

Я потёрла, начавшие коченеть руки, и вдруг почувствовала, какое-то странное давление на голову, как будто обручем сжали. И в этот самый момент в том месте, куда был приколот паучок, нагрелось, и «обруч» разжался.

А на лице ледовея отобразилось удивление.

Он вдруг ещё более пристально на меня взглянул и, не отрывая взгляда, спросил у Бороновской:

— Девочка — маг?

Бороновская взглянула на Горгону, а та, перестав изображать умирающую от горя обиженную «няню» зло на меня посмотрела и ответила:

— Нет, в последний раз проверяли два года назад, да и девчонке уже четырнадцать скоро.

Бороновская вдруг строго взглянула на Горгону и выговорила ей:

— Дарья Пожарская дворянского происхождения, Зиннат Ибрагимовна, извольте к девочке обращаться уважительно, по статусу.

И у меня сразу возникли сомнения в том, что помещение Даши в тёмную соответствовало обращению по дворянскому статусу. Но я промолчала.

А Ледовей вдруг переспросил:

— Пожарская? Из огнедержцев?

Бороновская с сожалением улыбнулась:

— Зиннат Ибрагимовна правду говорит я сама присутствовала на тестировании, у девочки не было магии.

Но ледовея было не остановить.

— Я хочу проверить, — жёстко сказал он, и я заметила, как Бороновская поёжилась.

— Зиннат Ибрагимовна принесите прибор, — сказала она, и обратилась к ледовею, — господин пристав, вы же поможете его настроить?

Ледовей поджал тонкие губы, но кивнул.

А я, почему-то утратив страх, стала его рассматривать. Внешность у мужчины была необычная. Волосы белые, но не седые, а будто платиновый блондин без желтизны, такой цвет я бы назвала жемчужным.

Глаза у мужчины были голубые, но не противный рыбий прозрачный оттенок, а довольно насыщенные, хотя что-то неприятное в них было, может, потому что голубой цвет в сочетании с белыми волосами придавал неземную холодность, красиво, но не слишком комфортно. Белая кожа, бледные губы, и ещё создавалось впечатление, что ему самому холодно. В отличие от остальных он был одет тепло, почти что по-зимнему.

Через некоторое время принесли прибор, потом ещё прошло какое-то время пока маг что-то с ним делал, и я, если, честно пригревшись, начала зевать, ночью-то я почти не спала.