Книга Бионическое сердце: поверь чувствам, страница 58 – Каталина Канн

Я хотела поспорить с ним, сказать, что он неправ, ударить кулаками в грудь и закричать, но… всё во мне буквально умерло от осознания, что я больше никогда не увижу Эва. Спрятав лицо в ладонях и, заплакала, рухнув на кровать рядом с Гаундой.

Он заключил меня в свои объятия, и сказал:

— Тура не самое комфортное место для биологических существ.

— Биологических существ? — переспросила я, так как никогда раньше не слышала этого термина, но не могла не заметить тон, которым Гаунда произнес, словно испытывал отвращение.

— Небионика, — объяснил он. — Тура не предназначена для них. Это место наше. Он не первый биолог, который уходит. И он не будет последним, — его голос был резким. — Многие бионики, которые вняли призыву, прибыли сюда с биологическими видами. И, как ты можешь заметить, ни одного не осталось.

— Но почему? — мой голос сорвался, боль сдавила горло. — Почему он бросил меня?

Гаунда притянул меня ближе к себе и задумчиво ответил:

— Бионика предназначена для бионики. Нас часто тянет к другим видам, притягивает их тепло, но это всегда заканчивается одинаково — душевной болью. Но я возлагал большие надежды на тебя и Эва. Его народ никогда не использовал биоников для работ, но они также не пытались помочь нам.

— Что мне делать? — всхлипывая спросила я. — Эв не хочет, чтобы я следовала за ним, но я не могу жить без него.

— Если ты хочешь последовать за ним, то предоставлю все необходимое в дорогу. Но я надеюсь, что ты не будешь действовать опрометчиво, подумаешь, а с утра примешь решение, — большим пальцем он приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза. — Каждый день я видел изменения, происходившие в тебе, Эсара. Ты становишься оптимальной. Не жертвуй достигнутым, если в этом нет необходимости. Ты уже пожертвовала больше, чем нужно, ради мира биологических.

Волны замешательства, усталости обрушились на меня. Эвиан меня бросил. Он ушел, даже не попрощавшись. И как бы сильно мне ни хотелось мчаться за ним по снегу и воющему ветру и кричать на него о том, как сильно болело мое сердце — не стану. Он мог бы забрать с собой мое бионическое сердце, но, по крайней мере, я сохраню свою гордость.

— Спасибо, Гаунда, — с дрожью в голосе ответила я. — Если ты не против, мне нужно побыть одной.

— Конечно, Эсара, — он встал, кровать застонала под его весом. — Даже бионические сердца исцеляются, Эсара. Любая боль носит временный характер. Но свобода вечна, — он вышел из комнаты, закрыв дверь за собой, оставив меня одну.

Эвиан

Я мерил шагами свою маленькую камеру всю ночь, затем весь следующий день. Сквозь решетку наблюдал, как трудятся товарищи по заключению, шьют и чинят одежду, качают воду в Туру, обслуживают генераторы, ухаживают за клетками, где содержались животные.

Сколько бы я ни кричал, как громко бы я гремел по металлическим прутьям, никто не подошел ко мне. Но я чувствовал их эмоции.

Очевидно, я не был первым небиоником, прибывшим в Туру. Все существа прибыли сюда, и что-то пошло не так… или наоборот. Гаунда использовал живых существ для обслуживания Туры. Они все боялись его.

Тяжелые шаги прогрохотали по коридору, ведущему к моей камере, и все небионики в пределах слышимости упали на колени, их головы благоговейно коснулись земли.

— Как вы устроились, доктор Эвиан? — спросил Гаунда, подходя и становясь перед камерой.