Книга Хозяйка запущенной усадьбы, страница 25 – Фиона Сталь

— Миледи, — поклонилась Грета. — Мы пришли, как велели. А это… что мы будем делать?

— Спасать землю, Грета, — я ткнула лопатой в зловонную кучу. — И кормить ее. Вот этим.

Бертольд фыркнул.

— Навозом? Да им все поля унавозить — лошадей десять надо, да возов сто! А у нас — старая Белла да телега разваленная!

— Не все поля, Бертольд, — поправила я. — Один участок. Маленький. Но показательный. А это — я указала на кучу, — не просто навоз. Это будущее золото. Компост.

— Ком-пост? — переспросил Конрад, кривя губу. — Чаво за диковина?

— Удобрение. Сильное. В разы сильнее просто навоза. И для его создания не нужны лошади. Нужны руки, время и правильный подход. — Я воткнула свою лопату в край кучи. — Вот смотрите. Сейчас эта куча просто гниет как попало. Мы сделаем иначе. Годфри, Бертольд, помогите раскидать эту кучу. Ровным слоем, толщиной вот так. — Я показала ладонью примерно в пол-ладони.

Мужики переглянулись, пожали плечами и начали, нехотя, разгребать вонючее содержимое. Грета и Конрад наблюдали. Я тем временем начала копать рядом неглубокую, но широкую яму.

— Зачем яма, миледи? — спросила Грета.

— Для слоев. Компост — как пирог. Слои: зелень (трава, отходы), коричневое (сухие листья, солома, щепки), земля. И навоз. Все это, перегнивая вместе, дает чудо-удобрение. И еще… — я остановилась, глядя на их непонимающие лица. Нужно было проще. Гораздо проще. — Видите, земля наша бедная? Как больная. Ей нужно лекарство. Вот это — лекарство. Мы сделаем его здесь, на маленьком участке. Потом внесем в землю на маленьком поле. И посмотрим. Если урожай там будет лучше — значит, лекарство работает. Тогда будем делать больше. Для всех полей. Постепенно.

— А пока — копаем? — процедил Конрад, явно сомневаясь в моем здравомыслии.

— Пока — копаем яму и укладываем слои, — подтвердила я, снова берясь за лопату. — Грета, иди собирай сухие листья, солому — что найдешь во дворе. Конрад, принеси пару ведер земли. Самой обычной. И воды. Марта! — крикнула я, увидев служанку, выглянувшую из кухни. — Неси кухонные отбросы! Кожуру, огрызки — все, что гниет!

Работа закипела, хоть и с неохотой. Годфри и Бертольд копали и разравнивали. Конрад, ворча, таскал землю. Грета и Марта носили сухую траву и кухонные отходы. Я руководила, показывая, как чередовать слои. Запах стоял знатный, но я не обращала внимания. Знания из из прочтённых книг о гумусе, аэробном компостировании и почвенных бактериях превращались в простые, понятные действия.

— И все? — спросил Бертольд, когда яма была заполнена доверху, а сверху мы присыпали ее землей. — Теперь ждать, чай, пока сей… компост… не сготовится?

— Да, — кивнула я, вытирая пот со лба грязной перчаткой. — Но ждать нужно не просто так. Кучу нужно раз в неделю переворачивать, чтобы воздух поступал. И следить, чтобы не пересыхала. Через несколько месяцев… будет готово. А пока… — я посмотрела на них. Годфри был задумчив, Бертольд скептичен, Конрад откровенно не верил, Грета смотрела на кучу с робкой надеждой. — Пока мы займемся другим лекарством. Для людей.

Я сняла фартук и перчатки.

— Марта, принеси корзину. И нож. Пойдем в сад. Грета, ты с нами.

Заброшенный сад усадьбы был царством бурьяна, но среди сорняков кое-где пробивались знакомые силуэты. Я повела их к зарослям у каменной ограды.