Книга Хозяйка игрушечной мануфактуры, страница 67 – Фиона Сталь

Я посмотрела на серебряный шар на камине. В нем отражалось мое искаженное страхом лицо.

Бежать? Куда? Он найдет нас. Без денег, без документов мы никто.

Бороться? Но как? Он шантажирует меня ребенком.

В голове билась паника. Мне нужен был совет. Мне нужен был кто-то сильный.

Роланд.

Артур запретил мне писать ему, но я всё равно должна действовать. Пока не стало совсем поздно.

Я тихо, на цыпочках, прошла на кухню. Марта сидела за столом, обхватив голову руками, и плакала.

— Миледи... — всхлипнула она. — Что же будет?

— Тише, Марта, — я приложила палец к губам. — Слушай меня. Артур сейчас пойдет спать. Он пьян и устал. Как только он уснет... мне нужно, чтобы ты передала записку.

— Куда? Герцогу?

— Нет. Это слишком опасно. Артур может следить за парадным входом. Ты пойдешь к Тобиасу. Он живет во флигеле при фабрике.

Я схватила обрывок бумаги, на котором составляла меню, и огрызок карандаша.

«Кровопийца вернулся. Требует власти. Угрожает аннулировать контракт и забрать малышку. Завтра придет на фабрику как хозяин. Предупреди Р. Пусть будет готов. Я в заложниках».

Я не стала подписываться.

— Спрячь это, — я сунула записку Марте в руку. — Скажи Тобиасу, чтобы передал лично в руки герцогу. И ни слова никому.

— Я все сделаю, миледи. Я старая, меня никто не заподозрит. Скажу, что пошла за молоком.

— Иди сейчас, он вроде уже лёг. Через черный ход. Быстро!

Марта накинула шаль и выскользнула за дверь.

Я вернулась в гостиную. Сердце колотилось как безумное.

Сверху донесся голос Артура:

— Эмилия! Где мои тапочки?! Почему в этом доме такой бардак?! Поднимись в спальню, живо!

Клещ проклятый! Я глубоко вздохнула, надевая маску покорности.

— Иду, дорогой.

Я поднялась по лестнице. Это была самая трудная роль в моей жизни. Я должна была играть покорную жену, пока мой «дракон» не придет на помощь.

Я знала одно: Роланд не оставит это просто так. Артур объявил войну не той женщине. И не тому мужчине.

Но эту ночь мне придется пережить самой. В доме с врагом…

Ночь прошла в тревожном полусне. Каждый скрип половицы казался мне шагами Артура, и я вздрагивала, прижимая к себе спящую Лотти. Мы заперлись в детской. Я подперла дверь стулом, зная, что это слабая защита от законного хозяина дома, но это давало хоть какую-то иллюзию безопасности.

Утро тоже не принесло облегчения. Оно началось с криков внизу.

— Что значит «нет сливок»?! — голос Артура гремел на весь дом, пробиваясь даже сквозь толстые стены старого особняка. — Я хочу кофе со сливками! И свежую газету! Почему газета вчерашняя?!

Я поцеловала сонную Лотти в макушку.

— Доброе утро, солнышко. Посиди здесь, ладно? Поиграй с куклой. Мама сходит на разведку.

— Папа кричит? — спросила Лотти, и в её глазах мелькнул страх.

— У папы плохое настроение. Не бойся. Я скоро вернусь.

Я вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Спустилась по лестнице, стараясь ступать бесшумно.

В столовой царил беспорядок. Артур сидел во главе стола, одетый в халат, расшитый золотыми фламинго. Перед ним стояла тарелка с недоеденной яичницей, которую он брезгливо ковырял вилкой. Марта стояла рядом, опустив голову, а он отчитывал её, как нашкодившую девчонку.

— Ты стала ленивой, старая карга! — орал он, размахивая салфеткой. — В доме пыль! Еда — помои! Я уволю тебя к чертовой матери!