Книга Хозяйка игрушечной мануфактуры, страница 44 – Фиона Сталь

Когда дворецкий громко объявил: «Его светлость герцог де Вьер и леди Эмилия Уинстон!», в зале повисла тишина. Буквально. Музыка не смолкла, но разговоры оборвались.

Сотни глаз уставились на нас. На герцога, который редко появлялся на публике и слыл затворником-мизантропом. И на меня — жену сбежавшего банкрота, о которой судачил весь город.

Я сжала локоть Роланда, чувствуя, как дрожат колени.

— Дышите, Эмилия, — шепнул он мне на ухо. — Вы королева этого вечера. А они — просто массовка.

Мы спустились по лестнице. Я чувствовала, как взгляды скользят по моему платью. Я слышала шепот:

— Боже, что на ней? Это бриллианты?

— Не может быть, Уинстоны разорены!

— Это стекло! Смотрите, как сияет!

— Какая яркая пошлость... И где она купила это платье? Наверняка, оно из последней коллекции!

— А герцог? Вы видели, как он на нее смотрит?

Мы подошли к губернатору, тучному мужчине с бакенбардами, и его супруге, даме в необъятном розовом кринолине.

— Ваша светлость! — расплылся губернатор в улыбке. — Какая честь! Мы не ожидали... А это...

Он посмотрел на меня с замешательством.

— Леди Эмилия Уинстон, — представил меня Роланд ледяным тоном, давая понять, что любые вопросы неуместны. — Мой деловой партнер.

— Партнер? — удивилась губернаторша, разглядывая мое декольте через лорнет. — В чем же, простите?

— В создании чудес, мадам, — ответила я, делая идеальный реверанс. При этом стекляшки на платье мелодично звякнули. — Мы производим то, что делает зиму ярче.

— О, как поэтично, — скривила губы дама. — И что же это? Стеклянные бусы?

— Украшения для елки, — я открыла сумочку и, словно фокусник, достала серебряную шишку. В свете люстр она вспыхнула так ярко, что дама моргнула.

— Ах! — вырвалось у нее. — Какая прелесть! Это серебро?

— Это лучше, — улыбнулась я загадочно. — Это магия стекла и света. Эксклюзив. Только для избранных.

Губернаторша протянула руку, но я ловко убрала шишку обратно.

— Простите, это образец для Его Величества, — солгала я не моргнув глазом. Роланд рядом чуть слышно хмыкнул. — Но мы принимаем заказы на следующий год. Очередь уже большая.

— Очередь? — глаза дамы загорелись жадностью. Слово «дефицит» действовало безотказно во все времена. — Но мы же губернаторская семья! Мы должны быть первыми!

— Я поговорю с герцогом, — уклончиво ответила я. — Возможно, мы найдем окно в графике.

Мы отошли, оставив губернаторшу в состоянии легкой истерики «хочу-не-могу».

— «Для Его Величества»? — спросил Роланд, наклоняясь ко мне. — Вы опасная лгунья, Эмилия. Мне это нравится.

— Учусь у лучших, — парировала я. — Вы же сказали создавать ажиотаж.

Заиграла музыка. Вальс.

Роланд остановился и повернулся ко мне.

— Наш танец.

— Я помню. Надеюсь, вы не отдавите мне ноги. Туфли у меня тоже... винтажные. Могут развалиться, поэтому аккуратнее.

Он положил руку мне на талию. Его ладонь была горячей сквозь тонкий бархат платья. Я положила руку ему на плечо. Мы стояли близко. Слишком близко…

— Я хорошо танцую, — сказал он, глядя мне в глаза. — Доверьтесь мне.

Он повел. И мир закружился.

Я давно не танцевала. В моей прошлой жизни танцы ограничивались клубом с подругами под громкие басы. Но тело Эмилии помнило вальс. Мы скользили по паркету, словно парили.

Мое платье сияло, превращая нас в центр вращающейся галактики. Я видела размытые лица вокруг, видела зависть, любопытство, восхищение. Но все это было где-то далеко. Здесь и сейчас были только мы. Его рука на моей талии, его глаза, в которых отражались огни люстр и... я.