Книга Князь реки, страница 29 – Юлия Давыдова

Иван слушал улыбаясь, а Дивей с Бавой смеялись. Оба хорошо помнили, как они с Рилевичем к царице ходили. Это сейчас весело вспоминать, а тогда сильно перетряслись. Но князя одного, конечно, к ней не отпустили.

— Не поверишь, Данила, — сказал Иван, — ничего не сделал. Коня мы поймали в поле и к хозяйке отвели.

— Раз начал, договаривай, — настойчиво попросил Байборт.

— Печать на нём не сразу заметили, — продолжил князь. — Думали, конь с какого-нибудь селения на границе забрёл, а как в первом доме спросили, нас девушки во дворец отвели. Оказалось, конь из царской конюшни.

— Самой царицы? — удивился словач. — И что ж?

— Хороший больно конь, — засмеялся Иван, — жалко отдавать было. Как меня царице представили, я у неё коня и попросил.

Байборт с Данилой даже замерли:

— И не страшно было? — выпалил купец. — Ведь могла наказать за такую дерзость. И не только кнутом по спине.

— Хотела поначалу, — кивнул Иван. — Но я ей пообещал, что буду стоять на ступенях перед её троном, пока не отдаст коня.

— Ох! — выдохнул Данила.

А Бава с гордостью заметил:

— Вот у нас какой князь.

— Дерзкий, — усмехнулся Байборт, сложив руки на груди. — Это возраст твой царица Полева пожалела. А то ушёл бы с кровавой спиной. А дальше?

— Три дня мы с конём и стояли, — пожал плечами Иван. — Смеялись над нами все. На третий день царица разозлилась и велела мне убираться. Пришлось шаг к двери сделать, но...

— Но?. — подхватил Данила.

— Но и конь со мной пошёл, — засмеялся Иван. — Привык за три дня-то. Столько вместе простояли. Царская стража его держать, конечно, пыталась, но мы уж сильно с ним подружились, так что упёрся мне в плечо и ни на шаг. Полева подумала и сказала: седлай, проверим. Конь даже лёгкую поляницу в седоках не терпит, а уж если мне — наглому Рилевичу, позволит себя оседлать, чудо будет.

— А чудо и было, — с гордостью отметил Бава. — На площадь вышли, весь город посмотреть собрался. Иван на коня вскочил, тот было на дыбы, а потом в низкий-низкий поклон. Чуть рукой влево, конь туда, вправо — туда, чуть вниз — конь ложится. Так полчаса и танцевал с ним по площади. Сама царица в ладоши хлопала.

На лицах Данилы и Байборта было удивление и улыбки.

— Вот история, так история, — поразился купец.

— Главное, закончилась хорошо, — подытожил Иван. — С того дня мы и дружим.

— Заметно, — кивнул Байборт, — и удивительно.

* * *

Солнце укатилось за горизонт, оставив прозрачное небо над городом и всей огромной рекой. Вечерний ветер заскользил по улицам, поднимая в воздух древесные опилки.

Цветочные гирлянды поляниц скрыли строительные леса вокруг зданий княжеского дома. Тихо темнело, и вместе с этим ярче и теплее разгорались фонари, превращая двор в огромную уютную беседку, в которую стекались жители города.

Даниле и Байборту прохода не давали. Всем же надо было спросить гостей кто они и откуда, где побывали и что повидали. Так что купеческий отряд и риправский посланник сидели в окружении толпы жителей, отвечая на вопросы до самого начала праздника.

Когда в княжеском дворе не осталось ни одного свободного местечка, на деревянную площадку в центре взошли поляницы, и наступила тишина. Только там, где сидели музыканты, то и дело мелодично звенела струна или тихо отстукивали ритм. Иван поприветствовал всех, кто пришёл, ещё раз представил гостей и попросил веселиться до самой ночи.