Книга Хранитель талисманов 3, страница 82 – Юлия Давыдова

На площадке за его спиной беготня очень быстро пошла на убыль. Новобранцы, оказавшиеся половчее, забили палками остальных. Было видно лежащих на земле парней.

Оборотни продолжали наблюдать, пока Фуркан упрямо возражал:

— Когда Энтир увидит моих бойцов, он сразу поставит их в отбор. Ты получишь похвалу за расторопность и мою благодарность.

Онур, видимо, ждал такого предложения и довольно усмехнулся. Иван с Вурдой, слушая этот разговор, тоже. Взятка своё дело сделала. Трияр кивнул:

— Хорошо, я попрошу принять тебя.

Он ушёл, а Фуркан позвал своих охранников, чтобы отдать им распоряжения. Повозки каравана оставались здесь, как на стоянке, а всех приведённых новобранцев надо было построить в колонну и отвести к шатру царского отборщика. Но это потом, когда дойдёт очередь, а сейчас глава каравана хотел показать только иллирийцев.

— Энтир отвечает за отбор лучших воинов? — спросил его Иван.

— Да, — ответил Фуркан. — И назначает их цену.

Глава каравана с явным воодушевлением оглядел парней:

— От него зависит сколько за вас заплатят. Впечатлите его.

Никита уверенно пообещал:

— Не сомневайся, впечатлим.

— Я тоже пойду, — внезапно сказала Арнава.

Фуркан удивлённо вскинул бровь, услышав эти слова, и оборотни тоже вопросительно взглянули на берегиню.

Арнава шагнула к Ивану:

— Господин, ты знаешь о моём желании служить нашему царю. Разреши мне участвовать в отборе?

Князь нахмурился и наклонил голову, внимательно глядя на Арнаву. Ждал объяснений.

— Я хочу увидеть нашего правителя, — сказала берегиня.

Это в общем-то и было одной из главных целей — добраться до царя Береиза.

Арнава взглянула на Фуркана:

— Скажи, господин посредник, наш царь смотрит на своих воинов? После отбора он поговорит с нами?

Глава каравана опустил голову в утвердительном жесте:

— Конечно. Говорят, на самой арене, когда новобранцев заберут на посвящение, царь приветствует своих будущих воинов.

Арнава подмигнула Ивану, но тот отрицательно покачал головой. Поглядел сквозь просветы арок на глухую стену арены и обратился к Фуркану:

— Говорят? То есть точно ты не знаешь?

Посредник возмутился:

— Посмотри, какие высокие стены у арены. Разве можно увидеть что за ними? Но командиры трияры говорят, что царь всегда сам приветствует новобранцев.

— А кто ещё заходит на арену во время посвящения? — живо поинтересовался Иван. — Я тоже хочу увидеть царя и посмотреть, как мои воины поклонятся ему.

Но ответом на этот вопрос Фуркан не обрадовал.

— На арену заходят только новобранцы и трияры отборщики, — сказал он. — Простой народ туда не пускают. Даже нам — посредникам, нельзя входить. Никто не видит посвящения.

Вурда, напряжённо сведя брови, оглядывал глухую стену впереди. Кое-какие мысли напрашивались. Центральная часть арены изолирована. И на такую важную церемонию, как посвящение воинов, то есть присяга царю Береизу, никого не приглашают. Значит, то, что происходит там, не должно касаться простого народа. И это, как минимум, странно. Особенно с учётом того, что сказала Арнава. О том, что отметины на людях похожи на укол мазура.

Никита, тоже поняв это, отрицательно покачал головой. Заходить на арену опасно. Но его жену это, конечно, не остановило.

Она повторила Ивану:

— Господин, разреши мне. Ты не увидишь нашего посвящения, раз тебе нельзя зайти на арену. И тебе...