Онлайн книга «Сага о Годрланде»
|
— Хальфсен, спроси, нельзя ли начать следующее состязание сейчас? Иначе мы тут до утра проторчим. Клетус, услыхав мой вопрос, удивился, но ничего не сказал. Да и краснощекий фагр не хотел сильно затягивать, потому согласился: — Стрельба из лука! Нужно попасть пять раз в мишень. Рабы приволокли две деревянные подставки, поставили в дальнем конце зала с прудом и на каждую водрузили по арбузу. Клетус сразу выбрал нужного хирдмана, а вот я снова засомневался. Стрелять из лука умели все, и в арбуз попадет каждый, только вряд ли следующие мишени будут такими же. Был бы жив Энок, я бы и раздумывать не стал, но он умер, и среди ульверов не нашлось равного ему. — Стейн, иди ты. Хоть у него и не было дара, он стрелял лучше прочих. А вот лук у него уступал луку фагра. В арбуз, как я и полагал, попали оба. Потом на подставки положили круглые дыньки. И снова обе стрелы вошли как надо. Апельсин — два попадания. Принесли два зеленых небольших плода размеров в половину апельсина. Стейн долго целился и все же задел стрелой плод. Клетусовский хирдман пронзил его насквозь. Последнюю цель фагры сделали похитрее: по команде рабы подкинут вверх по апельсину, и нужно было попасть в них, прежде чем те упадут на землю. На этот раз Стейн промахнулся, а фагрский стрелок попал. Мы проиграли. Пока мы шли на равных, если считать, что Трудюр победит. А он победит! Кто, если не он? К арене по одному, по двое начали подходить те гости, что отправились следить за состязанием Трудюра. Они качали головами, обсуждая что-то. Я толкнул Хальфсена в бок. — Говорят, что Клетусу подсуживают. Вроде как его хирдман после четвертой девки что-то выпил, передохнул и только тогда взялся за пятую. А норду едва успевают девок менять, причем пашет он любому быку на зависть: бабы после него толком стоять не могут. Еще удивляются, а все ли норды такие, или этот какой-то особенный. Хозяин не стал затягивать и сразу объявил: — Следующее состязание — борьба. Нужно трижды бросить соперника на землю. Оружие брать нельзя! Кусать и бить тоже. Противники должны быть равны по рунам! Значит, что-то вроде нашей глимы. Я бы Сварта послал, да он остался приглядывать за Пистосом. Глима — это не только сила и ловкость, но и хитрость. Иногда нужно сделать вид, что поддаешься, чтобы потом внезапно опрокинуть противника. Иногда нужно притвориться, будто устал, или что есть какая-то незажившая рана. А с некоторыми годится только сила без всяких уверток. Послать Вепря? Или Рысь? От Клетуса выступил восьмирунный воин. Среди ульверов на той же руне находилось шестеро, но никто из них не выделялся особо в глиме. Впрочем… — Свистун! Справишься? Самый старый ульвер, что прожил больше четырех десятков зим, пожал плечами и шагнул вперед. Да, его дар не особо подходит под борьбу, но у нас вообще мало боевых даров. Зато он опытен, рассудителен и спокоен. А сколько он поединков глимы провел? Явно побольше моего. Хирдманы сняли пояса с оружием и рубахи, оставшись лишь в штанах. Свистун внешне изрядно уступал молодому крепкому воину Клетуса: спина не столь широка, плечи опущены, волосы на груди и животе уже подернулись сединой. Первая сшибка. Свистун обхватил соперника, вздернул того наверх и обрушил на землю, не давая тому опомниться. Первое падение из трех. Но радоваться рано: это дар позволил Свистуну в самом начале показать силу десятирунного. Дальше будет сложнее… |