Книга Сага о двух хевдингах, страница 43 – Наталья Бутырская

Путь в дружины ярлов Росомахе был закрыт, ведь каждый ярл опасается сильных воинов, что появились из ниоткуда и чьи имена никто раньше не слышал. И если станут расспрашивать и вызнавать, мало ли что отыщется? Конечно, Росомаха мог пойти в вольный хирд и честно трудиться. Но он не захотел. Он решил найти слабенький хирд, убить там хёвдинга, забрать добычу, корабль, набрать людей и отправиться в иные земли, чтобы грабить там.

Росомаха долго искал подходящий хирд. Всё ему было не так. То корабль мал, то хёвдинг слишком силен или знаменит, то хирд бедноват, даже оружие не по силе подобрано, а первое попавшееся. А годные хирды сами отказывались от четверых сильных воинов, их хёвдинги справедливо опасались брать неизвестного хельта.

Серебро, вырученное с продажи награбленного у Альдоги, утекало быстрее, чем хотелось бы. Пес предлагал бросить разбой, пойти в Бриттланд и там осесть на земле. Росомаха уже почти согласился с ним, но тут в Мессенбю пришли мы. Все такие нарядные, в серебре, с рассказами о богатствах, привезенных с Бриттланда, и о драуграх. И хоть дар подсказывал Росомахе, что Альрик сильнее его, но в то же время разница между ними была невелика. Был какой-то тайный изъян в этом светлоголовом хёвдинге.

И впервые удача улыбнулась четверке приятелей. Их сразу взяли в этот хирд, почти без вопросов об их прошлом. Под хельтовым медом Альрик явно был слабее Росомахи, а остальные хирдманы были всего лишь хускарлами. И самое главное: хирд набрал много новых воинов! А значит, их можно переманить на свою сторону и захватить корабль, не особо рискуя своими шкурами.

Перво-наперво Росомаха решил узнать, куда ульверы спрятали привезенные богатства. На корабле их уже не было, но по некоторым оговоркам он понял, что хирдманы не успели всё распродать и потратить. Потому он подговорил хирдмана с удивительным слухом последить за Альриком и еще одним мальчишкой, который почему-то вёл себя слишком смело и заносчиво и даже препирался с хёвдингом. Но Уши вызнал мало, лишь подтвердил мысли Росомахи, что с хёвдингом что-то не то. А потом и вовсе пропал. Неужто ульверы поймали его? Что Уши им наболтал? Росомаха затаился, больше не спаивал Альрика и решил вести себя примерно, особенно после того, как ульверы ушли на несколько дней и вернулись обратно с новыми рунами. Даже Альрик стал двенадцатирунным. Пес снова заговорил о том, что пора бросать старое ремесло и либо стать обычными хирдманами, либо заняться чем-то иным.

— Лишь раз Росомаха дал себе волю, — прохрипел Гвоздь, — когда выкинул одного надоедливого мальчишку за борт. Но малец не наябедничал. Побоялся, что иначе как-то утром не проснется.

А потом на «Соколе» объявился конунгов сын с великорунной нянькой, Стигом Мокрые Штаны. И Росомахе волей-неволей пришлось отложить свои планы. Пока ходили туда-сюда по всем Северным островам, уже не только Пес, но и Гвоздь с Крюком втянулись в жизнь обычных хирдманов. Ну, а что? Кормят-поят, работенку подкидывают несложную, серебра хоть и немного, но всё же перепадает, хёвдинг толковый, попусту не бранится и не бьет никого, слова говорит разумные, хирд относится уважительно, ведь они и впрямь неплохие мореходы. Так и чего лишний раз за бедой тянутся? От добра добра не ищут! Да еще разговоры про непонятный Скириров дар, который настолько хорош, что конунг готов наизнанку вывернуться, чтоб заполучить человека с таким даром.