Книга Сага о Северных островах, страница 71 – Наталья Бутырская

Вот, например, один хускарл возраста моего отца утверждал, что охотился на огненного червя три года назад. Но город назвал иной, хотя вспомнил и про Дагну, и про Марни Топот. Значит, лжет. Альрик не стал переспрашивать у меня, просто послал хускарла прочь.

Вскоре дошел черед и моего знакомца. Я аж привстал, чтоб не пропустить их разговор.

— Как звать?

— Харальд Косматый.

— С кем ходил?

— В разных хирдах был. Из последних — Йор Жеребец, но ты вряд ли о нем слыхал.

А ведь я так и не рассказал Косматому о недавнем нападении на Сторбаш. Альрик же глазом не моргнул.

— Почему же? Слыхал. А чего ушел от него?

— Если слыхал, сам должен понимать, — грубовато ответил Харальд. — Жить хотел, потому и ушел.

— А давно?

— Две зимы назад.

— Дар есть?

— Есть, но для хирда без надобности.

Беззащитный заинтересовался.

— А откуда знаешь, что мне надобно, а что нет?

— Так ведь уши-то есть. Вижу, кому отказываешь, а кого оставляешь.

— Не скажешь про свой дар?

— Скажу. Чего ж не сказать? Хакон! — крикнул Харальд.

Мальчишка ловко шмыгнул меж не ожидавшими того Вепрем и Видарссоном и вмиг очутился подле отца.

— Мой сын. Так вот, в бою я слышу его и чувствую, как самого себя. И когда мы вместе, то наша сила крепнет.

Ого, у нас схожие дары, только мой пошире будет.

— Ты с сыном в хирд просишься?

— Да как получится. Могу и на берегу оставить.

— Чего ж ты мальца так рано… Зачем? Еще и две руны.

— Значит, есть зачем, — безразлично ответил Харальд.

— А ты прям всегда его слышишь? Или есть условия?

— В бою всегда, но могу и так, если сильно захочу.

— Если захочешь или…?

Косматый досадливо мотнул головой, и его невообразимый пук волос качнулся.

— Ладно. Не если захочу, а если сильно испугаюсь за него.

— Пап! — возмущенно воскликнул Хакон.

— Я не Йор Жеребец, — протянул Альрик. — И берусь за иные дела. Мы бились с тварями и драуграми, вступали в сражения между ярлами, и мои хирдманы гибнут, хоть и достойной смертью. Ни за одного мне не стыдно перед Фомриром. Скажу прямо: мне интересен твой дар, и я хотел бы взять тебя в хирд. Но я не хочу видеть, как ты или твой сын оплакиваете друг друга.

— Хакон может оставаться на корабле.

— Одного из моих хирдманов сожгли вместе с кораблем в нечестном и неравном бою. И хотя я отомстил и за Арне, и за «Волчару», сейчас у нас есть враг сильнее и коварнее прежнего. Так что поищи другой хирд!

Харальд недоверчиво посмотрел на Альрика.

— Значит, ты отказываешь, не потому что я слаб или неумел, а потому что не желаешь моей смерти? Ты же хёвдинг, а не мнительная баба! Каждый, кто идет в хирдманы, знает, что может помереть. Каждый попадет в дружину Фомрира, рано или поздно!

Беззащитный встал, подошел к Харальду и уже тихо, так что мне пришлось напрячь слух, сказал:

— Я же вижу, как ты следишь за сыном. Он единственный, кто у тебя остался. Потому и дар такой отмерили боги, желая хоть немного унять твой страх потерять его. И несмотря на это, ты всё равно рвешься в бой и тащишь за собой сына. Что тебя гложет? Для чего тебе сила? Ведь ты не смерти ищешь. Так уж не ме́сти ли? Сколько рун тебе нужно? Десять? Пятнадцать? Или больше? А, может, ты надеешься и хирд увлечь за собой? Через месяц-другой поведаешь нам у костра печальную историю и…

— Отец не таков! — перебил хёвдинга Хакон.