Онлайн книга «Туман»
|
Я нервно вздохнула, облизала пересохшие губы. Нет, это вовсе не гены. Не могут два разных человека быть настолько похожи друг на друга. И дело тут не только в шраме. Крошечная родинка на скуле, и еще одна – на запястье левой руки, все та же упрямая прядка, постоянно выбивающаяся из хвоста, и взгляд – хищный, надменный – который я подглядела несколько дней назад из окна своей спальни… Это был он. Барон Солус. Не тот, который жил в Ацере двести лет назад, а тот, который живет в нем сейчас. Неизвестный мастер изобразил Эдуарда именно в том виде, в котором я представляла его ранее – черный камзол, холодное высокомерие… «У Эда теперь другие глаза. Из них пропали огоньки, они пустые и равнодушные, как у куклы. Или как у того гадкого господина, который едва не убил его на заднем дворе «Ориона»». Мой взор скользнул по картине и наткнулся на надпись, оставленную тонкой кистью в правом нижнем углу. «Барон Эдуард Эрих Солус, 1791 год. Портрет работы Карла Зиндера». Из моей груди вырвался нервный смешок. А ведь Руфина была права. Вернее, не она, а ее покойная бабка. Эрих и Эдуард – это один и тот же человек. Но как? Как такое возможно?! Я взяла картину в руки и еще раз вгляделась в знакомые черты. Быть может, мне просто показалось? Готический замок свел меня с ума, и теперь я ищу подтверждение страшным сказкам, которые продолжают жить в этом странном туманном краю? Боже… Я смотрела в лицо Солуса, а в голове калейдоскопом кружились воспоминания, выстраиваясь, как пазл, в стройную картинку. …Терпкий травяной чай и неизвестный напиток, отдающий чем-то металлическим. «У меня особый режим питания, София, и особая диета. Поверьте, я не голодаю…» …Кровавое пятно на белой манжете трактирщика Муна. «Сегодня мои ребята зарезали свинью. Господин Солус свое уже получил, а мясо он и вовсе не ест…» …. Хрупкая старушка указывает в сторону крыльца. «Прошу вас, проходите в дом». Точеные мужские губы трогает вежливая улыбка. «Вы уверены?» …На позолоченном кресте баденского храма играют блики солнца. «Знаете, София, я, пожалуй, внутрь не пойду. Моя жизнь идет в разрез с тем, о чем говорится в религиозных текстах, а потому я предпочитаю смотреть на церковь со стороны…» Первым моим порывом было сбежать. Запихнуть портрет бессмертного барона обратно в тайник, а свои вещи – в сумку, и просто сделать ноги, пока Солуса нет дома, и он не может мне помешать. Собственно, примерно так я и поступила. Поместив картину в нишу и накрыв ее серой тряпкой, вернула на место книжные полки, а затем рысью кинулась в свою комнату и принялась поспешно упаковывать одежду и средства гигиены. На улице еще светло, и до темноты я успею добраться до Бадена. На вокзале можно купить билет на поезд и куда-нибудь уехать. Например, домой. Да-да, именно домой! Бог с ней, с командировкой. Университетскому начальству скажу, что пришлось прервать поездку из-за болезни, а брату – что я скопировала все чертежи, которые были в замке, и в Ацере у меня не осталось никаких дел. Солусу же можно оставить записку. Мол, появились важные дела, которые требуют моего немедленного присутствия. Спасибо, мол, за гостеприимство, однако больше оставаться в вашем доме у меня возможности нет. Стоило подумать об Эдуарде, как в памяти всплыла еще одна картинка – долгий обеспокоенный взгляд из-под пушистых ресниц. «Тебе придется провести в одиночестве почти сутки. Не испугаешься?» |