Книга Туман, страница 38 – Ольга Богатикова

Ближе к одиннадцати часам, отложив в сторону очередную матерчатую папку, я решила сделать перерыв и, наконец, заняться поисками.

Быстро отыскала нужный стеллаж и принялась рассматривать стоявшие на нем книги. Они были так плотно прижаты друг к другу, что я засомневалась, мог ли листок из блокнота Аннабель в принципе застрять среди этих толстых томов.

На третьей полке, той, о которой говорил Солус, книг оказалось меньше, однако никаких вырванных страниц там не было. Решив, что барон мог полки попросту перепутать, я принялась осматривать каждую из них. На двух нижних тоже ничего не нашла, поэтому подкатила к шкафу лестницу и потянулась к четвертой.

Стоявшие на ней тома были ужасно пыльными. Они находились выше человеческого роста, и местный техперсонал явно ленился делать тут уборку. Между тем, именно здесь мне улыбнулась удача. Отодвинув книги в сторону, я обнаружила широкую щель, из которой торчал желтоватый бумажный уголок – очевидно, выпавший лист застрял между шкафом и стеной.

Аккуратно обхватила его пальцами и осторожно извлекла на свет страницу, исписанную знакомым округлым почерком. Сердце тут же забилось быстрее – из щели показался еще один бумажный листок. Вытащив и его, услышала тихий шелест – на пол по ту сторону стеллажа что-то упало.

Я поспешно спрыгнула с лестницы и, подсвечивая себе фонариком мобильного телефона, заглянула за шкаф. Там лежала тоненькая старая тетрадка без обложки.

Достать ее оказалось непросто. Сдвинуть стеллаж я не могла, а под рукой не было ничего такого, чем можно было бы подтащить находку поближе. Пришлось лечь на пол и тянуться к ней рукой. Спустя пять минут чертыханий и акробатических трюков, тетрадка был схвачена и вынута из пыльного полумрака.

Первые два листка подошли к ней идеально, видимо, они оторвались именно от нее. Вот это да! Похоже, Эдуард ошибся, и у сборника юной баронессы продолжение все-таки есть.

Я сложила страницы вместе и начала читать.

«Антуан потешался надо мной до самого ужина. Говорил, что я вообразила себя ученым мужем, и теперь буду дни и ночи просиживать в библиотеке. А еще отращу бороду и седые усы, как у господина Рохха, и мне придется завивать их на горячих палочках. Мама велела ему замолчать. Она тоже считает, что нянины сказки непременно нужно сохранить, и очень рада, что я решила этим заняться. Антуан такой глупый! Когда Эд вернется домой, я попрошу его подарить мне черное перо, которое он привез из города. Брат не откажет, ведь я буду писать им настоящую книгу…»

У меня перехватило дыхание.

Боже… Это никакие не сказки. Судя по всему, я нашла личный дневник Аннабель Солус. Вернее, часть дневника.

Я быстро перелистала оставшиеся страницы. Действительно, к «Сказкам нянюшки Матильды» этот блокнот не имел никакого отношения. Чернила, которыми велись записи, казались более бледными, а местами текст и вовсе было не разобрать – он либо выцвел, либо был заляпан кляксами.

О том, чтобы продолжить работать с чертежами больше не могло быть и речи. Чувствуя внутренний трепет, я вернулась к камину, уселась в кресло и принялась читать дальше.

«Я сломала перо. Ума не приложу, как это вышло. Оно треснуло у меня в руке, когда я нажала на бумажный лист. Я думала, Эд рассердится, но он только посмеялся и сказал, что привезет мне из города новое.