Книга От Фортуны, с любовью!, страница 21 – Марина Орлова

— Не понимаю, как кто-то в здравом уме может позволить себе носить это убожество, – сипела я едва ли ни со слезами на глазах. – Отвратительная колодка, неудобный каблук и просто безвкусная расцветка. Откуда это вообще у вас? И почему одна? – понимая, что уже хочу помыть рот с мылом, решила я сменить тему.

— Это – долгая история, – уклончиво ответил Кевин и отодвинул коробку с туфелькой от меня подальше, словно опасался, как бы я от такой ненависти не испортила его находку.

Да у меня рука не поднимется ни в жизнь! Я эти дни спать не могла от беспокойства, где там моя туфелька и хорошо ли с ней обращаются. Простить себе не в состоянии ее потерю и маялась сомнениями, что хуже было: лишиться туфельки или загубить карьеру Фила и быть раскрытой каким-то клиентом борделя? Уже сегодня утром, после очередного кошмара о том, как моей туфельке сбивают мыски и ходят в ней по мокрой грунтовке, была склонна к тому, что надо было спасать туфлю, а не честь и достоинство.

— В любом случае, я хотел спросить о другом, – поджал Кевин губы, поставив на мне «крест», как на моднице. Он посмотрел на отдышавшегося Фила, который еще носил следы недавно пережитого. – Я надеялся, что вы скажете мне, кто сделал эту модель. Кажется, пара эксклюзивная… Фил, у тебя живот прихватило?

Фил вымученно поднял взгляд и обреченно кивнул, покосившись на меня с укором, на все еще влажном лице, после душа из вина и моих слюней.

— Мы перекусили снеками, когда ехали сюда. Кажется, фастфуд и в вашей стране очень опасен,  – быстро нашлась я и вновь обратила на себя внимание. – А зачем вам эта информация о создателе туфель?

— Если заказ был эксклюзивным, я наверняка смогу узнать у создателя, для кого он был сделан, – пожал Кевин плечами, поражая меня своей логикой. Прежде я бы непременно восхитилась, сейчас же откровенно негодовала. Мало того, что мой родственник оказался кобелем и любителем борделей, так еще и чертовски умным! Опасный. Очень опасный!!! Но, как целуется, черт кобелистый! А с виду такой весь благородный и воспитанный. Не видела бы его голым, ни в жизнь бы не поверила, что эти люди – один и тот же человек. Повезло с родственниками, ничего не скажешь! Один – бисексуал и предпочел мне мужика, второй – любитель закрытых клубов и лепреконов!

От обиды у меня действительно прихватило живот, и я скривилась.

— Вид у вас обоих нездоровый, – заметил Кевин. – Я должен позвонить и вызвать помощь. Это может стать серьезным пищевым отравлением…

— Нет! – завопили мы с Филом в один голос, отчего Кевин еще сильнее нахмурился. – Все в порядке, – стараясь выглядеть убедительно, но все равного создавая впечатление человека, которому съездили по самому дорогому (что правда), пропыхтел Фил. – Мы – русские, и не с таким справлялись, – не особо убедительно улыбнулся он, сквозь выступившие слезы, которые постарался скрыть моими слюнями, что старательно вытирал салфеткой.

— Боюсь, нам пора, – подхватила я, прикидывая в уме, сможем ли мы с Филом за пятнадцать минут до канадской границы добежать?

— Уверены? Может, передохнете? Или давайте я вас довезу. Не думаю, что вам следует в таком состоянии ехать самим…

— Уже отпускает, – со слабой улыбкой покаялся Фил. – Кевин, все круто, правда. Но нам лучше поехать к себе…