Книга Ведьмочка в Академии Магов 2, страница 19 – Оксана Гринберга

Вместе с ползучим подглядывателем заодно «упокоилось» еще несколько не причастных к «преступлению» растений, после чего плющ вокруг нас боязливо прижался к стене, сворачивая свои листья в трубочки.

Но никакого раскаяния я не почувствовала — наоборот, мне внезапно стало легче дышать. В Гржине я никогда от таком не думала, зато сейчас поняла, что Земная магия — это не мое.

Но так просто сдаваться я не собиралась.

— Вообще-то у нас тут с Темной магией не очень, — поморщившись на мое некромантское заклинание, заявил Бриан. — Мы с ней не особо в ладах. Все-таки Земная магия — это производная от Светлой, только более тонкая и живительная. Думаю, тебе будет у нас сложно.

— Ничего страшного, — сказала ему. — Трудностей я не боюсь. К тому же я всегда могу напитаться, допустим, твоей тонкой Светлой магией. Если, конечно, ты мне позволишь.

На это Бриан посмотрел на меня так, словно я собиралась выпить у него всю кровь — похоже, он никогда еще не встречался с ведьмочками на своем пути.

Затем, кашлянув, в очередной раз спросил, уверена ли я в своем решении, пока наконец не повел меня за собой, рассказывая о том, как все устроено у них на факультете.

Еще через два поворота по зеленым джунглям мы добрались до аудитории, в которой и проводила свои занятия деканесса Хаес.

Стоило ли говорить, что, войдя внутрь, я обнаружила, что в помещении все заросло растениями — начиная от пола и заканчивая потолком, с которого тут и там свисали огромные колокольчики ядовито-желтого цвета?

Осторожно ступая по мягкому мху — мало ли, что ему придет в голову? Вдруг он решит откусить мне ногу⁈ — я заняла свободную парту в дальнем конце аудитории.

Бриан со мной не пошел, уселся за первую парту рядом с девицей с голубыми бессмертниками в белых волосах, и та уставилась на меня с кривой улыбкой.

Я же устроилась возле окна, из которого можно было видеть темно-серое, без всякой зелени и цветов родное здание факультета Некромантии. А еще резвящихся перед ним церберов, которым я строго-настрого запретила делать свои дела на кладбище.

И само кладбище, так дорогое сердцу каждой ведьмочки, тоже было заметно, и это зрелище возвращало мне силы в… душном зеленом царстве!

Тем временем взявший надо мной шефство Бриан расщедрился и принялся представлять меня своему курсу, но почти все студенты смотрели на меня, словно на черную бабочку, внезапно затесавшуюся в их пестрые и яркие ряды.

Я попробовала улыбнуться светловолосой девице в разноцветном сарафане, сидевшей за соседней партой, но цветок в расписном горшочке, стоявший рядом с ней, почему-то поник, а девушка побледнела и нахмурилась.

— Но я ничего не делала, — сказала я ей, но в ответ услышала, что мне и делать ничего не нужно.

Хватает одного моего разрушительного присутствия, потому что от меня идут вибрации Темной магии.

— Ничего они не идут, — нахмурилась я. — И вообще, я — ведьмочка, и магии-то у меня…

Но девица не стала меня слушать, отсела куда-то совсем уж далеко. Как и остальные студенты из-за парт по соседству с моей.

Тут распахнулась дверь, и в кабинет вошла Маделин Хаес — улыбающаяся, буквально светящаяся, словно это она, а не солнце, даровала нам новый день. На ней было золотистое платье, волосы собраны в аккуратную прическу, а на руке — та самая метка, которую она не собиралась скрывать.