Книга Некромант при дворе, страница 81 – Рокси Торн

— И что, везде так? — нахмурившись, уточнила я у Елании, пристально меня разглядывающей всё это время.

Как же мне не хотелось влезать в политику. Не смыслю я в ней ни черта. Да меня даже правительство никогда не тянуло поругать, не то что сильно задумываться над тонкостями государственного управления. Не того полёта я птица, чтобы такими глобальными вопросами задаваться. А придётся.

Путём перечитывания всех имеющихся в доме изданий за несколько дней получилось выявить закономерности и установить, какие издания кем курируются. Свободы слова на Фелрисе нет как понятия, но вместе с тем нет и государственной цензуры. Так что журналисты крутились, как могли, балансируя между правдой и риском получить в бубен. Хвалебные оды перемежались откровенной клеветой, и всё это было щедро смазано рекламой.

— Кошмар, — выдала я, когда перед глазами начали плясать тёмные мушки.

Информации-то много, но настолько она разрозненная, настолько сумбурная и недостоверная, что так и хотелось постучать головушкой об стол, чтобы утрясти все факты.

Печатные издания — это вам не поисковик с выходом в интернет. Никакой систематизации, каталогизации и перекрёстных запросов. Просто мешанина под соусом витиеватых конструкций и не всегда понятных мне отсылок.

Но решаемо. Всё решаемо, если подойти к делу с долей креатива.

— И что мы делаем? — спросила Елания, продолжая резать бумагу на ровные квадраты.

— Играем в сыщиков, — радостно возвестила я, с удовольствием разглядывая ровное полотно белого покрывала, что по моей просьбе парни закрепили на стене.

Нет магнитной доски и маркеров? Зато есть маги, корзина с рукоделием в каждой комнате и фантазия.

Как в кино не получилось. Не случилось так, что раз и озарение напало, стоило только поместить в центр нужную фигуру в тёмном капюшоне и соединить её линиями со всеми жертвами. То ли заговор — это нетипичное преступление, то ли слишком много неизвестных. Известных, правда, оказалось тоже совсем немало.

Пока Елания записывала на самодельных стикерах имена всех возможных фигурантов, я расспрашивала магов на предмет клятв. Мало текста, нужны ещё и ощущения, чтобы составить картину целиком. Как ни крути, но есть разница между «сдавившей нутро рукой» и сбившимся дыханием. А разница-то в формулировках почти и незаметная, чистая игра слов, на которую не все и внимание обратят. Если не получится изменить уже существующие клятвы, то как минимум попробую облегчить гнёт новых. А то, что эти новые клятвы не заставят себя ждать, даже сомневаться не приходилось, уж больно часто стали тёмных магов брать в оборот.

— Да проще взять перепись населения и идти по алфавиту, — психанула змейка, когда очередная пачка стикеров закончилась.

— А ты в каком порядке их записывала?

— Кто на ум приходил, того и писала, — поморщилась она и взялась за тяжёлые упругие ножницы. — И что ты делаешь? Я, между прочим, старалась.

— А я и не умаляю твоих заслуг, — абсолютно искренне заверила я подругу, снимая первый десяток листов из перевёрнутой пачки. — Ты меня давеча думать заставляла, теперь твоя очередь настала.

И пока она недовольно тёрла переносицу, я рассматривала добычу. Может, я и ошиблась, и нет никакой интуиции, но опыт-то никуда не делся. Елания не просто девушка с экзотической внешностью, она воин, маг, аристократка в десятом поколении, да она старше меня на пятнадцать лет, в конце концов. И если первыми ей пришли эти имена, значит, что-то за этим кроется. Может, ей на ногу накануне наступили, вот и запомнила, но гораздо вероятнее, что она вольно или невольно подметила какое-то несоответствие.