Книга Напарник ректор, или Характер скверный, неженат!, страница 102 – Татьяна Булгава

— Он придёт в себя? — спросила Гелла.

— Должен, — ответил Корвин. — Он — ведьмак. Регенерация высокая. Но рана серьёзная. Правая рука, возможно, не восстановится полностью.

— Вылечите.

— Постараемся.

Корвин ушёл.

Гелла села на стул у кровати, взяла Омэна за руку — левую, невредимую — и прижалась к ней щекой.

— Ты не уйдёшь, — сказала она. — Слышишь? Я тебе не позволю. У меня есть «Арника-форте». У меня есть новая фиолетовая ампула. У меня есть твои тени, которые меня слушаются. Ты не умрёшь.

Омэн не отвечал. Но его пальцы чуть дрогнули в её ладони.

— Да, вот так, — прошептала Гелла. — Борись.

Она сидела так до вечера, пока не пришла Лисса и не утащила её ужинать.

— Он не очнётся, если ты умрёшь с голоду, — сказала Лисса. — Иди ешь. Я посижу с ним.

— Если что-то изменится…

— Я позову.

Гелла вышла, но есть не пошла. Она поднялась на восточную стену, смотрела на догорающие костры на поле боя и думала о том, что война не кончена. Главный — тот, кого все считали главой Совета — оказался предателем. И он ушёл. Он вернётся. С новыми силами.

— Гелла.

Она обернулась. Кай стоял в двух шагах, перебинтованный, с подвязанной рукой.

— Что тебе нужно? — устало спросила она.

— Сказать спасибо. За сестру. Лекарство пришло. Она поправляется.

— Не благодари. Это ректор оплатил.

— Я знаю. Поэтому я и пришёл.

Он помолчал.

— Я знаю, кто настоящий глава Ордена. Тот старик в белом — Верховный магистр Кроу. Он был главой Совета двадцать лет назад, но ушёл в отставку. На самом деле он создал Орден Чёрной Розы и правит им из тени. Торнберг был его учеником.

— Зачем ему моя формула?

— Он хочет бессмертия. Эйфирная деривация, если настроить на регенерацию, может омолаживать клетки. Он стареет. Ему нужна твоя формула, чтобы жить вечно.

Гелла усмехнулась.

— Бессмертие — это скучно.

— Ему не скучно. Он хочет править империей вечно.

— Ну, это мы ещё посмотрим.

Она повернулась к Каю.

— Ты поможешь мне?

— Чем?

— Создать новую формулу. Улучшенную. Не для бессмертия — для защиты. Мы должны остановить Кроу.

Кай кивнул.

— Я с тобой, Гелла. До конца.

— Хоть чему-то твоё предательство меня научило, — она посмотрела на звёзды. — Никому нельзя верить полностью. Кроме того, кто рисковал жизнью ради тебя.

Она думала об Омэне.

— Иди, отдыхай, — сказала она Каю. — Завтра начинаем работу.

— А ректор?

— Ректор очнётся. У нас есть его тени. Они не дадут ему умереть.

Кай ушёл.

Гелла осталась на стене одна, смотрела на звёзды и ждала утра.

А в лазарете, в палате ректора, тени сгустились вокруг его кровати, обвили его тело, затягивая раны, останавливая кровь. Омэн дышал — тяжело, но ровно.

И ему снилась Гелла. Она стояла в лаборатории, улыбалась и протягивала ему фиолетовую ампулу.

«Держи, ваше сиятельство. Новая версия. Теперь точно не взорвётся».

Он улыбнулся во сне.

Глава 34. Алхимический ад

Омэн очнулся на второй день после осады.

Гелла сидела у его постели, дремала, положив голову на край кровати. Она не спала почти двое суток — готовила новую партию ампул, консультировалась с Каем, проверяла стены, на которых ещё дымились воронки. Корвин заставлял её есть, Лисса — спать, Марк — отдыхать. Она никого не слушала.

— Ты выглядишь как смерть, — сказал Омэн, открыв глаза.