Книга Взломать смерть, страница 4 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

— Мама, сегодня у меня было собеседование.

— Правда? И как?

Прежде чем девушка успела ответить, дверь распахнулась, выпустив на улицу густой запах сдобы, молотого кофе, а заодно — официанта с подносом. Молодой человек поставил перед Валери чашку кофе и тарелочку с круассаном, а перед Каролиной Дюран — бокал белого вина.

— Меня пригласила на работу Геральдическая палата, — сообщила Валери, когда официант, пожелав им приятного аппетита, удалился. — Они узнали про «Червонную Королеву» и сами обратились ко мне. Представляешь?

— И что это за контора? — поинтересовалась мадам Дюран. — Серьёзная?

— Ещё бы! Конечно, серьёзная. Геральдическая палата вообще-то относится к Министерству культуры Франции.

— Звучит солидно, — сказала мать, пригубив шардоне. — И тебя взяли?

— Разумеется. Я же говорю, они сами меня пригласили.

— Поздравляю! Постарайся ничего не испортить.

— Спасибо, постараюсь.

— Ну а если что, у тебя всегда есть запасной вариант.

— Какой такой вариант? — насторожилась Валери.

— Ну как же, — пожала плечами мадам Дюран. — Ты можешь обратиться к Лорану. Он же трудоустроил твоего приятеля… Не помню, как его зовут. Ну которого выгнали за неуспеваемость.

— Вообще-то Луи — блестящий программист! Его отчислили за то, что принимал участие в студенческих протестах!

Луи был однокурсником Валери. Он с треском вылетел из Страсбурга, когда ударил полицейского транспарантом с надписью «Ни Макрон, ни Ле Пен». Видео с этим эпизодом попало в новости на канале France 2, и уже на следующий день Луи Габен паковал вещички. Валери обратилась к Лорану, своему старшему брату, который занимался частным сыском. Теперь Луи отвечал за сбор и анализ электронных данных в агентстве «Инкогнито».

Мадам Дюран пожала плечами, как бы говоря: «Да мне без разницы, за что там его отчислили».

— Меня не просто взяли на работу, — сказала Валери, пытаясь вернуть разговор в нужное русло. — Я уже получила первое задание.

— Любопытно. И что же тебе поручили? Только не говори, что снова будешь рыться в каких-нибудь старых, пыльных бумажках.

В списке эпитетов, которыми Каролина Дюран награждала старинные документы и хроники, «пыльные» был, пожалуй, самым безобидным. Иногда милые сердцу Валери «бумажки» именовались заплесневелыми и даже воняющими мышиным дерьмом.

— Нет, — сказала Валери. — Меня отправляют в командировку. Есть одно местечко в Западных Альпах…

— Тебя только что взяли на работу и уже отправляют в командировку? — Мама вскинула бровь. При этом её лоб остался совершенно гладким, как лакированное чело Девы Марии, взирающей на прихожан в любом костёле Парижа. — Неужели?

— Понимаешь, в Геральдической палате не так уж много сотрудников.

Уже сказав это, Валери поняла, что Каролина Дюран сделает из её слов свои выводы. В первую очередь, что служба, нанявшая её дочь, не так уж важна. Пытаясь исправить промашку, девушка произнесла:

— При такой узкой специализации им не нужен огромный штат. Как правило, нескольких человек достаточно. Но на днях в палату пришёл срочный запрос, а все, кто мог бы взяться за это дело, оказались заняты.

— Судя по названию, Геральдическая палата отвечает за фамильные гербы. Что там может быть срочного? Людовик XIV восстал из гроба и решил первым делом дорисовать на своем гербе парочку флёр-де-лис?^[2] — Мадам Дюран усмехнулась собственной шутке.