Книга Аркан дьявола, страница 58 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Барбара не слышала звуков шарманки, и пожарная сигнализация тоже безмолвствовала, однако белёсый дым продолжал расползаться по полу.

— Похоже, у нас пожар. – Рудольф направился к двери.

— Нет, не открывай! – воскликнула Барбара, вскакивая с места. – Это Шарманщик! Он пришёл за мной!

— Не волнуйся, я просто проверю, – сказал Рудольф.

Он уже тянулся к ручке, когда дверь вздрогнула и загудела, как медный гонг на соревнованиях по боксу. Теперь Барбара не сомневалась, что это демонический карлик, – кто ещё будет пытаться выломать дверь, за которой идёт допрос?! Рудольф замер, а железная створка снова вздрогнула. Барбара увидела облачка цементной пыли там, где дверная коробка соединялась со стеной.

— Что тут происходит?! – воскликнул пан Тесарж, отступая в глубь комнаты. Вид у него был растерянный.

Рудольф отступил к столу и вытащил из кобуры пистолет. Ещё один тяжёлый удар (почему-то теперь Барбара подумала не о гонге, а о судейском молотке), и дверь распахнулась. Створка с грохотом врезалась в стену, заглушив испуганный возглас пана Тесаржа. А вот на лице Рудольфа не дрогнул ни один мускул. Молодой следователь держал пистолет двумя руками, нацелив его на дверь, за которой клубился непроницаемый белый туман.

А потом произошло нечто совершенно невозможное. Дверной проём начал растягиваться, как будто стена являла собой не сооружение из кирпича и бетона, а тонкую резиновую перепонку. Створка, прилипшая к стене в момент удара, также растягивалась, словно нарисованная.

За спиной Барбары подвывал психиатр, а в остальном в комнате царила зловещая тишина. Казалось, полицейский участок вымер.

— Вы тоже это видите? – неестественно ровным голосом спросил Рудольф.

— Да, – подтвердила Барбара. – Стена растягивается.

— Этого не может быть, – пропищал пан Тесарж. – Нас отравили каким-то газом! Нам это мерещится!

Проём достиг потолка и стал раза в три шире, когда неведомая сила наконец перестала его растягивать.

И тогда в комнату влетел один из конвоиров – тот самый, племянница которого одевалась в чёрное и любила гулять по кладбищам. Рудольф чертыхнулся и опустил пистолет – кажется, он едва не пристрелил возникшего из клубов дыма коллегу.

— Черти! – прохрипел полицейский, тараща глаза на Рудольфа и Барбару. Его губы тряслись, лоб покрылся испариной, а форменная рубашка в районе подмышек стала тёмной от пота. – Я видел чертей!

— Каких ещё чертей? Где ты их видел?! – Рудольф приблизился к перепуганному охраннику, взял его за плечи и слегка встряхнул. – Томаш, отвечай!

— Там, в коридоре!.. Мы стреляли, но пули их не берут. Кажется, я потерял пистолет…

— Я не слышал выстрелов.

— А я говорю: мы стреляли!!! Только это бесполезно! Черти схватили Криштофа и… – Томаш замолчал. Его била мелкая дрожь.

— Что они сделали? – с нажимом произнёс Рудольф.

— Сожрали его лицо!

И тут из дыма выскочил ещё один охранник. Его появление заставило всех присутствующих дёрнуться так, словно по полу прошёл мощный электрический разряд, а пана Тесаржа – издать высокий, почти девичий вскрик.

— Там какая-то дичь творится! – заорал конвоир, останавливаясь посреди комнаты. Он тоже выглядел напуганным, но, в отличие от Томаша, не дрожал и не запинался. – По участку носятся самые настоящие черти! Они убили Криштофа!