Книга Зачарованные сладости попаданки, страница 33 – Марго Арнелл

— В Магический Дозор. Нужно кое с кем поговорить.

— Я с тобой, — заявила Зефирка.

Прижалась к столу, напружинилась и ловко запрыгнула мне на плечо. Поразительно, но она была легкой, как перышко. Ну или как раздувшаяся в объемах зефирка.

— Нужно поддерживать форму. Кроме того, мне не помешала бы социальная активность.

— А?

— Ну, себя показать и на других посмотреть. А то я уже чувствую, как начинаю костенеть и деградировать.

Я не стала напоминать, как мало Зефирка пробыла на свете, чтобы разбрасываться подобными заявлениями. Бесполезно. У нее определенно был свой собственный взгляд на мир.

Кроме того, за этот безумный день я устала ровно настолько, чтобы спору предпочесть молчание.

Здание Дозора возвышалось на краю площади —  угрюмое, с коваными дверями и незнакомыми мне символами над входом. Но то, что ожидало меня внутри, заставило остановиться на пороге.

Помещение было заполнено кристаллическими волками. Они сидели, бродили, обнюхивали предметы, а люди вокруг них казались, скорее, их помощниками.

Один скар’рин склонился над столом, где лежало нечто вроде амулета. Его глаза светились, будто выискивая в что-то невидимое, недоступное человеческому глазу. Скар’рин слегка коснулся амулета лапой. Пронзительные льдистые глаза вспыхнули, и сидящий рядом мужчина в строгой униформе торопливо записал что-то в тетрадь. Мне показалось, или волк, заглянув в его записи, даже утвердительно кивнул?

Не знаю, почему, но обстановка давила. Скар’рины, казалось, ощущали каждое движение, каждый звук. Их слух, зрение, обоняние — все было настроено, как магический локатор. Один, судя по всему, разоблачал ложные доказательства, другой обнюхивал улики, а третий стоял, как изваяние, но… кто знает, может быть, он слушал разговоры преступников на другом конце города?

У меня закружилась голова. Зефирка, устроившаяся у меня на плече, с любопытством разглядывала происходящее.

Тут я заметила Корвина и Альдуса. В животе появились если не бабочки, то целый рой меллиферовских пчелок. Зефирка проследила за моим взглядом, пытаясь понять, что вызвало мой взволнованный вздох.

— О, а этот ничего такой. Статный, красивый…

— Да, — завороженно глядя на безупречную осанку Корвина и точеные черты лица, согласилась я.

— Наверняка сильный… С таким будешь чувствовать себя как за каменной стеной!

Мой взгляд невольно скользнул по широким плечам Корвина. Но дело не только в них. От него исходило ощущение уверенности и спокойствия. Тревога, переполняющая меня, когда я переступала порог Дозора, волшебным образом улетучилась.

— Хотя… Теоретически, я за расширение социальных связей, но межвидовые отношения? Это вызывает у меня когнитивный диссонанс. Все-таки мы принадлежим к разным онтологическим категориям: я — продукт кондитерской магии, он — кристаллизованное воплощение хищного инстинкта. Подобный союз нарушает базовые принципы совместимости и может стать причиной внутреннего конфликта идентичности. Хотя... чисто с социокультурной точки зрения, это было бы весьма нестандартным и даже уникальным кейсом.

Я оторопело скосила взгляд на свое плечо, на котором царственно восседала Зефирка.

— Чего?!

Она вздохнула. Кажется, мое собственное творение начинало сомневаться в умственных способностях своей создательницы.