Книга Баллада о неудачниках, страница 136 – Юлия Стешенко

— Человек, который хочет достичь многого, не должен заниматься мелкими делами. Нет, он должен ставить великие цели, самые значительные из всех возможных. Но не забывать о благоразумии. Трезвый расчет и практичность — вот что важно. Глупо гнаться за славой и почетом. Миром правят деньги, Денфорд. Если ты достаточно богат, слава и почет сами найдут тебя, они просто придут и постучат в дверь, — шериф сделал еще пару глотков и задумчиво покачал кувшин. Плескалось на донышке. — Отличное вино, Денфорд!

— Да, милорд. Вино замечательное.

Ты даже не представляешь, насколько.

— Разрешите задать вам вопрос, милорд?

— О чем?

— Где сейчас леди де Бов? Уверен, вы знаете. Человеку в вашем положении наверняка рассказывают все.

— Ну… не совсем все. Буду честным, Денфорд. Некоторые вещи король не говорит даже мне. А насчет леди де Бов дам тебе совет. Не трать время попусту. Забудь.

Что за…

— Почему, милорд?

— Потому что пользы тебе это уже не принесет. После вашей идиотской выходки леди де Бов лишилась любого влияния. Она не сможет оказать тебе покровительства, даже если захочет. Постарайся стать полезным сэру Уильяму, если планируешь извлечь выгоду из подобных знакомств.

Выгоду? Из сэра Уильяма? Да я из этого мудака ливер извлечь хочу, какая нахер выгода.

— Вы уверены, милорд? Насчет влияния?

— Боже, Денфорд! Неужели хорошие идеи приходят тебе в голову так редко, что ты не в силах расстаться даже с одной из них? Твоя де Бов, Денфорд, лишилась должности. Лишилась влияния. Ее место занял другой человек, и этот человек намного перспективнее. Чего еще тебе надо, чтобы остановиться? Сейчас ты похож на барана, бодающего запертые ворота. Неужели ты этого не видишь?

— Да, милорд. Благодарю за совет. Я смотрю, кувшин уже опустел. Наполнить его?

Паттишалл величественно кивнул, и я использовал шанс. Все равно яблок больше не было, зачем мне грязь? Дальше начнется пустая болтовня и хвастовство, а я слишком трезв, чтобы слушать всю эту чушь и не рехнуться от скуки.

Сбежав из сада, я перехватил первую же встреченную служанку и сунул ей в руки кувшин с наказом доставить шерифу вино, и незамедлительно. Насколько я знаю Паттишалла, он будет только рад, если вместо тупого помощника увидит смазливую девицу. А может, и не будет. Похер.

Это, значит, получается так. Во-первых, Вилл просто выперли с работы. Хреново. Во-вторых, желающих ехать в Нортгемптон мало. Уже лучше. А в третьих, место Вилл занял сморчок. И это отлично. Как занял, так и освободит.

Мое дело маленькое — следовать воле сюзерена. Как там бормотал шериф? Ставить значительную цель и достигать ее? Это можно. Это я умею. Вы будете мною довольны, милорд.

Ну или нет.

Похер.

Я лежал в кровати и думал. Люблю так — в темноте, в тишине, и чтобы вокруг никого. Хочешь — сам с собой говори, хочешь — ругайся, хочешь — в потолок плюй. Самое то, чтобы хорошенько пораскинуть мозгами.

Значит, так.

Что делать со сморчком?

Лет пять назад я бы сказал, что вариант только один — поединок. Он, грязный негодяй, и я, благородный рыцарь. В руке меч, в глазах отвага, в сердце тоже что-нибудь эдакое. Стоим мы, значит, на ристалище, вокруг толпа рукоплещет, дамы ахают и в обмороки пучками валятся, менестрели прямо на ходу баллады слагают. Сходимся мы, два непримиримых врага, — и херак! — я вышибаю сморчку мозги. Красиво!