Книга Баллада о неудачниках, страница 117 – Юлия Стешенко

Вилл наклонившись в седле, дернула меня за плащ.

— Эй, ты чего? Мне же не видно!

Притерев Ворона к белой кобыле Вилл, я развернул карту.

— Вот, гляди. Уже к опушке Брунесвальда приближается.

— Ого. Неслабо шпарит.

— Сам удивляюсь. В жизни бы не подумал, что этот боров способен так быстро бегать.

С другой стороны, причины торопиться у трактирщика были серьезные. Мы с Вилл больше часа просидели в полутемном прокопченном зале, во весь голос обсуждая богатый купеческий караван, который выходит из города прямо завтра. Почти без охраны. По тракту через Брунесвальд. Груженый дорогими тканями, специями и чеканной посудой. А еще купцы повезут партию новеньких, только что из кузни, мечей. Через Брунесвальд. И охрана — по пальцам пересчитать. Поскупились купцу на охрану.

Какое опрометчивое легкомыслие, ай-яй-яй.

Ужас.

Просто ужас.

Трактирщик, поначалу топтавшийся у очага, поначалу просто прислушивался. Потом кликнул поваренка, сунул ему длинную ложку и пошел по комнате, тщательно протирая столы и смахивая пыль с подсвечников. Такой грандиозной уборки трактир лет десять уже не видал.

Трактирщик кружил вокруг нас, как чайка, подбирающаяся к падали, но с Вилл, упорно не замечая его маневров, обсуждали качество тканей, изысканную роскошь специй и удивительное качество клинков.

Отличный груз! Просто отличный!

Ну разве можно такое добро — и без вооруженного до зубов отряда?

О чем только думают эти купцы?!

Когда трактирщик начал нетерпеливо подергиваться, я подозвал его и кинул несколько монет. Пока грязный боров принимал плату за жесткое мясо и кислое пиво, Вилл аккуратно приклеила ему на пояс крохотную заговоренную булавочку. А дальше все оказалось на удивление просто. Мы вышли из трактира, немного подождали — и увидели, как сукин сын улепетывает по улице, стремительный и весомый, как выпущенный из требушета камень. Все, что от нас требовалось — следовать за ним, не приближаясь на расстояние прямой видимости.

Ну, мы и следовали.

— Думаешь, он действительно побежит прямо к Малиновке? — прищурилась в карту Вилл.

— Это вряд ли. Я бы на месте Малиновки расположение лагеря держал в секрет. Ну и расставил бы вокруг скрытые караулы, чтобы предупредили о появлении неприятеля. Держу пари, что именно к караульному трактирщик сейчас и направляется.

— Гляди, гляди, в лес вошел! — тыкнула пальцем в карту Вилл. — Поехали, а то сигнал потеряем!

Бережно свернув пергамент, я послал Ворона неторопливым шагом. По лесу наш резвый олень особенно не разгонится. Да и догонять его нам не нужно. Достаточно, чтобы на карте место беседы обозначилось — а там уж я по окрестностям сам догадаюсь, где Малиновка лагерь разбил.

Отличный у нас получился план! Езжай себе потихоньку, любуйся цветочками-кустиками, слушай, как птички поют. Главное — не забывать в карту поглядывать, чтобы трактирщика из вида не потерять.

— У тебя точно не будет неприятностей? — на всякий случай еще раз переспросил я.

— Откуда? Это всего лишь крохотный маячок. Тут маны на воробьиный чих. Да я на подогрев воды для купания каждый день больше трачу.

— И сколько же ты ее греешь?

— Как — сколько? Ванну.

— Целую ванну?!

— Ну да… А что?

— Каждый день? Целую ванну?!

Нет, я, конечно, блюду чистоту тела. Ежедневные омовения, большое купание субботним вечером. Но каждый день… Целую ванну…