Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 68 – Юлия Стешенко

Мало ли что она в следующий раз удумает. Может, решит ярла на любовь заговорить.

— Значит, колдунья сразу согласилась поехать с тобой? Даже уговаривать не пришлось?

Отец одобрительно кивнул, и Торвальд замешкался, обдумывая, что сказать. С одной стороны, Иву действительно не пришлось уговаривать. С другой…

— Мне кажется, она согласилась по большей части из любопытства, – все-таки признался Торвальд.

— А по меньшей? – усмехнулся в усы отец. – Если девушка бежит за тобой по первому зову, значит, она этого зова ждет. Ты молодец, – он хлопнул Торвальда по спине. Одобрительно – но дыхание от этого удара перехватило.

Рука у ярла Эйнара была тяжелой.

Огромный пустой зал застыл в молчании. Длинные лавки вдоль стен терялись в полумраке, а чистые, не заставленные кушаньями столы казались странно голыми. Торвальд понимал, почему отец выбрал для разговора именно большой зал. Чтобы подчеркнуть, что разговор будет о делах важных, можно сказать, державных.

И все равно он не любил большой зал. Лучше бы в жилых покоях поговорили, у огня. Уютно, по-семейному. А не это вот…

Отец, откинувшись на спинку трона, вытянул длинные ноги. Сапоги у него были дорогие, красивые, с тяжелыми металлическими пряжками. Свет магических кристаллов в этих пряжках дробился и множился, переливался радужными искрами.

Эти кристаллы преподнесли ярлу в знак уважения чужаки. Они не жрали масло и воск, не дымили, не могли учинить пожар.

Если Торвальд справится со своим делом, маги Грейфьяля тоже смогут делать такие светильники. Можно будет разместить их в каждом доме, и не нужно будет примериваться к короткому зимнему дню, ловить редкие солнечные часы, так необходимые для тонкой работы.

Отец прав. Это действительно очень важно.

— Надеюсь, ты не забываешь о подарках? Красивые слова и улыбки – это, конечно, хорошо, но девицы любят серебро и золото. Если тебе нужно… – отец потащил с пальца тяжелый золотой перстень с рубином.

— Рановато пока для драгоценных камней, – покачал головой Торвальд. – Подарки должны быть к месту.

— Да. Ты прав. Во всем мера нужна. Нельзя атаковать девицу, как вражескую крепость, – отец подбросил перстень в ладони, и рубин, кувыркнувшись, коротко сверкнул кровавой искрой. – Но все равно возьми. Для солидности. Ну и мало ли оно как обернется…

Торвальд протянул руку. Металл еще хранил тепло живого тела, но быстро остывал, наливался тяжелым равнодушным холодом.

Этот перстень отец получил от деда. И носил его не снимая. То, что он сейчас решил передать кольцо Торвальду… наверное, должно было польстить. Приободрить, вдохновить и всякое такое.

Если бы Торвальд получил это кольцо, одолев в битве врагов, он был бы счастлив. Но сейчас…

Обманывать Иву было стыдно. Поначалу, когда она оставалась чужачкой, одной из многих, это совершенно не смущало. Но теперь… Теперь Торвальд не хотел врать.

Ива сама, по собственной воле, помогла Лейви. Она не ждала благодарности, не просила награды, просто помогла. Ива сама, по собственной воле откликнулась на просьбу и поехала к Дагстюру. Снова-таки – не ожидая ни благодарности, ни награды.

Наконец, она сопроводила Торвальда к дому Хагни. И даже попыталась помочь в разоблачении убийцы. Не слишком удачно, но ведь пыталась же!

Ива была хорошим человеком. Обманывать хороших людей нельзя. А если уж приходится – не нужно за это вознаграждать.