Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 60 – Юлия Стешенко

Отбросив в сторону догоревшие до пальцев травы, Ингвар поджег новые. Теперь он шел противосолонь и жестами словно обмахивал лежащее на лавке тело.

— Отчим твой отомстит за тебя, братья названые отомстят за тебя, друзья верные отомстят за тебя. Будет он волком в чаще рыскать, будет куропаткой в поле таиться, рыбой в море нырнет, птицей в небо взлетит. Не найдет он убежища, не найдет прощения, умрет смертью злой и после смерти не обретет покоя. Жди его в царстве Хелль, пронзи копьем, разруби мечом, пусть Горхуд засвидетельствует твою победу, пусть Хелль низвергнет его во тьму и холод…

Ива дернула Торвальда за куртку, и он чуть было не вскрикнул от неожиданности, грубо вырванный из ритма песни, мерного, словно удары волн о скалы.

— Зачем он требует, чтобы покойник мстил? Я думала, он будет успокаивать разгневанный дух.

— Так он и успокаивает.

— Требованиями мести?

— Не требованиями. Обещаниями. Покойник в любом случае будет злиться. Поэтому следует объяснить ему, что злиться нужно не на всех живых, а только лишь на убийцу. Ингвар обещает, что мы выследим преступника и убьем его. И тогда Хагни сможет отомстить за свою смерть, вызвав обидчика на поединок в царстве Хелль.

— А если не выследите? Что тогда?

— Да ничего. В любом случае убийца помрет, рано или поздно. Вот тут-то его Хагни и прихватит.

— Высокий у вас горизонт планирования, – в голосе Ивы звучало искреннее уважение. – Даже на посмертие распространяется.

Тем временем Ингвар, отложив уже третий догоревший пучок травы, взял со стола мешочек и вытряхнул оттуда пучок длинных крепких игл. По-хорошему теперь с покойника нужно было снимать сапоги, но Торвальд подозревал, что снимутся они вместе со ступнями. Ингвар, видимо, думал так же. Тяжело, с заметным усилием он вогнал первую иглу в стопу мертвеца, прошептал заклинание, вогнал вторую, потом третью. Фульнир, наблюдая за ним, так морщился и сжимал зубы, словно эти иголки ему в задницу тыкали, а не покойнику в ноги.

Ну, можно сказать. Даже одна такая игла – толстая, прочная, длинная – стоит немало. А тут целых три! Только в одну ногу! А ног, как известно, две, значит, иголок – шесть!

Шесть отличных дорогущих игл, которые навсегда лягут в могилу вместе с Хагни.

Как бы Фульнир не разрыдался от горя.

Закончив с иглами, Ингвар взял свой вороний кинжал, шагнул к покойнику, присел на корточки и примерился. Ива, испуганно пискнув, нырнула Торвальду за спину, и он тут же расправил плечи – хотя причин для этого не было никаких. Ингвар всего лишь перерезал покойнику сухожилия под коленями, а потом еще и связал ступни в щиколотках – почти так же, как это делала сама Ива.

— Все? – подала она голос из-за спины. – Он закончил?

— Закончил.

Боги, ну как можно быть такой робкой?! А еще ведьма!

Это всего лишь покойник. Даже не гребаный петух.

— Пошли во двор, – Торвальд, цепко ухватив Иву за локоть, потащил ее к двери с неумолимостью локомотива, волокущего по рельсам состав.

— Что? Почему? – Ива попыталась притормозить, изо всех сил упираясь ногами в пол и жадно вытягивая шею. Ритуал явно еще не закончился: хор продолжал тянуть свой монотонный речитатив, а жрец что-то искал на столе, неспешно ковыряясь в груде своего барахла. – Эй, подожди! – шепотом взвыла Ива. – Давай останемся!