Книга Кошмарного Хэллоуина. В гостях у Вэнсов. Бонусные главы, страница 30 – Софи Анри

— На хрена тебе портупея? Собираетесь с Айви устроить ролевые игры?

Он поиграл бровями, и мне захотелось отвесить ему подзатыльник. Что я и сделал, но Уилла это только больше раззадорило.

— Не твое дело, болван. Так она у тебя?

— Посмотри в ящике с носками, там еще и ошейник шел в комплекте. – Уилл с трудом проглотил смешок. – Слушай, а лучше сходи в комнату Триса, у него наверняка и плетка есть. Айви точно оценит.

— Заткнись, кретин.

— А кто из вас доминирует?

Я уже почти пожалел, что все это затеял. Осталось молиться, чтобы мои усилия окупились.

— Если не заткнешься, я расскажу Тристану, с кем ты потерял девственность.

Улыбка Уилла тут же угасла.

— Не смей. Я тебе по секрету сказал. – Он обиженно насупился, и пришел мой черед довольно ухмыляться:

— Думаю, мы договорились.

Я открыл шкаф и, брезгливо покопавшись в куче носков, нашел-таки кожаную портупею и такой же ошейник. Игнорируя взгляд Уилла, я направился к себе.

— Спасибо, пирожочек, – елейным тоном пропел я, напоминая Уиллу о его первой девушке. Он послал меня отборным матом, но я со смехом уже захлопнул дверь.

Вернувшись в свою комнату, я быстро снял джинсы с футболкой, надел черные зауженные брюки и начищенные до блеска туфли, а потом посмотрел на портупею, разложенную на кровати. Тонкие кожаные ремешки со стальными пряжками выглядели одновременно грубо и элегантно, и я вдруг поймал себя на мысли, что хотел бы увидеть этот экстравагантный аксессуар на голом теле Айви.

— Ясно, Вэнс, – пробормотал я себе под нос. – Твоя жена становится извращенкой, потому что ты сам такой.

Поскольку Айви хотела эротическое фото, рубашку я надевать не стал и натянул портупею прямо на голый торс. Черные ремни, застегнутые под грудью и обхватывающие плечи, выгодно подчеркивали рельеф тела. И хотя за последний месяц я немного сбросил в мышечной массе, все еще оставался в приличной форме. Я никогда не был качком, но благодаря волейболу у меня на животе отчетливо виднелись контуры пресса, а косые мышцы приводили мою дражайшую супругу в восторг.

Отогнав воспоминания о том, как одной ночью Айви очерчивала языком уходящие под резинку боксеров линии, я наконец застегнул ошейник, который смущал меня похлеще портупеи, и посмотрелся в зеркало.

Что ж, Уилл прав. Только плетки не хватает.

— Кошмар… – пробормотал я, обреченно покачав головой, и… сделал несколько селфи в зеркале.

Фотографии получились неплохие, но Айви хотела, чтобы я удивил ее, а я ой как это любил. Мой легендарный полет на метле, шуточный стриптиз и проколотый сосок Кнопка до сих пор не могла забыть.

Похоже, настало время нового достижения.

Я зажмурился и глубоко вздохнул, призывая спокойствие и терпение, чтобы сдержать нервный смех от собственной идеи, а потом расстегнул ремень и ширинку на брюках. Опустившись перед зеркалом на колени, я развел их пошире, чтобы придать развратности, и оттянул пальцами резинку боксеров, обнажая пояс Адониса.

«Боже, надеюсь, кроме Айви, этого никто никогда не увидит», – мысленно взмолился я.

Я взлохматил волосы и, высунув кончик языка, сделал еще несколько селфи.

В этой позе, с портупеей на голый торс и приспущенными брюками, я был похож на блудницу. Что иронично, ведь среди братьев Вэнс пай-мальчиком считали именно меня. Сомневаюсь, что Уилл или Тристан – и уж тем более Артур – вытворяли нечто подобное.