Книга Слепая истинность. Невозможно простить, страница 18 – Кристина Юраш

Я помню этот бал.

Помню заискивающие приветствия. Десятки дебютанток, которые меня не интересовали. Хотя я допускал мысль, что одна из них вполне может сгодиться для супружества.

Тогда под хрустальными люстрами я чувствовал себя палачом на празднике жизни.

Я помню тот момент с болезненной четкостью. Помню, как повернул голову в сторону. Привычка после череды покушений оценивать пространство вокруг.

И замер.

Кто-то мне что-то говорил, а я, обычно внимательный ко всем деталям, вдруг прослушал. Слова пролетели мимо ушей, а мой взгляд замер на девушке, которая внезапно обернулась, словно почувствовав неладное.

Она стояла у колонны, смеясь чему-то. Рядом с ней увивался очередной пустоголовый щеголь. И вдруг ветер из открытого окна донес до меня этот запах.

Не духи. Не цветы. Что-то древнее, чистое, как гроза над горной вершиной. Мой дракон, спавший в глубинах крови столетиями, рванулся к поверхности так резко, что я поперхнулся воздухом.

Я не боялся ничего в этой жизни. Ни руки с ножом, который устремляется в мое сердце. Ни яда, который я пил с улыбкой, глядя, как бледнеет отравитель. Ни ножа у горла, ни заклинания, летящего в меня. Ничто не могло заставить меня вздрогнуть.

Я ломал руки с оружием, сворачивал шею магам. Но никогда я не чувствовал такого, чтобы мир перевернулся.

Медальон на груди вспыхнул. Не просто нагрелся — он раскалился добела.

Я чувствовал, как металл вплавляется в кожу, оставляя ожоги.

Это был сигнал тревоги.

Драконы нашей семьи были особенными. Они почти не слушались и не подчинялись, обладая такой разрушительной мощью, что некоторых из них история вспоминает с содроганием. «Холодный бич севера», «Проклятье Хладных Земель» — как только не называли нашего предка. И теперь в каждом из нас текла эта проклятая кровь.

Мой прапрадед едва ли не уничтожил целое государство в одиночку. Что под силу далеко не каждому дракону. И после этого был создан медальон. Он передавался по наследству. От отца к сыну, позволяя ему сдерживать дракона внутри.

Но в тот раз магия дала слабину. Впервые за всю историю рода Лантери защита дала сбой.

Я помню, как мир сузился до точки.

Как-то исчезли гости, музыка, обязанности герцога. Растворились в гулком барабане пульса даже слова собеседника.

Остался только запах и желание. Желание обладать этой девушкой. Именно этой. Другие словно померкли на ее фоне, превратившись в безликую массу.

Сейчас же. Немедленно.

Я чувствовал, как кровь закипает внутри, как под кожей шевелится чешуя. Я никогда не чувствовал ничего подобного, но сейчас я понимал, что чудовище оказалось сильнее цепи. И оно вышло на охоту.

Люди вокруг не подозревали ничего. И оно им было не нужно.

Я наблюдал за ней, чувствуя, как улыбка касается уголков моих губ. «Она будет моей…» — ревел голос внутри.

«Боги, только бы не обернулся! Иначе будут жертвы. Я знаю, они непременно будут!» — пронеслось в голове, а я попытался схватить медальон, но не смог.

Сознание слилось с драконом. Мир изменился. Все стали похожими на размытые силуэты, декорации, фон. Кроме нее.

Я не планировал похищения.

Клянусь всеми богами, я не планировал.

— Ты понимаешь, что без веера ты выглядишь глупо и нелепо! Как ты вообще могла оставить его в карете?! — слышал я поучительный голос ее маменьки.