Книга Жена вместо истинной. Подмена у алтаря, страница 88 – Кристина Юраш

Отражение смотрело на меня широко раскрытыми глазами.

Я увидела не «серую мышь». Не тень Аннабель. Не временную замену.

Я увидела женщину с растрепанными волосами, с покрасневшими, искусанными губами, с глазами, в которых плескалась буря.

В памяти всплыли детали.

Как он сорвался. Как его контроль треснул, как стекло под ударом молота.

Как он смотрел на меня после — не с презрением, не с холодным расчетом, а с ужасом. Настоящим, первобытным ужасом потери.

И я поняла.

Дело было не только в драконе. Не только в инстинкте собственника. Не только в страсти, вспыхнувшей как пожар в сухой степи.

Он боялся.

Адиан Дартуар, герцог, чье имя вызывало трепет, боялся остаться без меня.

Но вместо счастья, которое должно было бы наполнить меня этим осознанием, в грудь ударила ледяная боль.

Потому что Аннабель жива.

Потому что для него она — истинная. Судьба. Предначертание.

Потому что прямо сейчас, пока я стою здесь, дрожащая и растерянная, он, скорее всего, уже отдает приказания. Он поедет за ней. Он привезет ее сюда. И очень скоро этот кошмар, эта странная, извращенная игра закончится.

Этот поцелуй ничего не решил. Он лишь показал мне пропасть, в которую я уже упала.

Я отошла от зеркала и направилась к шкафу. Руки сами потянулись к дверцам. Нужно собраться. Нужно уйти. Пока не поздно.

Я открыла шкаф. Достала одно из алых платьев. Тяжелый шелк скользнул по пальцам. Я посмотрела на него, потом положила обратно. Достала другое. Тоже вернула.

Мысли путались, становясь липким клубком противоречий.

Уехать? Куда? У меня нет дома. У меня нет денег, кроме тех двух тысяч, которые он обещал, но которые я еще не получила. И главное — он не отпустил. Его приказ «не уходить» звучал в ушах громче любого желания свободы.

Я не могла уехать. Не сейчас.

Я подошла к окну. Стекло было холодным. За ним, в ночной мгле, прятался сад. В темном стекле отражалось мое лицо — бледное, решительное.

«Он хотел меня», — подумала я.

Не сестру.

Меня. Анну. Ту, что читает запрещенные трактаты. Ту, что швыряет флаконы с ландышем. Ту, что отвечает на поцелуй, даже когда ей страшно.

Эта мысль стала первым кирпичом в фундаменте новой личности. Той, которая больше не просит разрешения существовать.

Я мысленно связала происходящее с Академией. С теми экзаменами, о которых говорила Аннабель. С Демонстратусом.

Если я хочу выжить — среди магов, среди сильных людей, среди постоянных сравнений и чужого превосходства, — мне придется научиться выдерживать боль вечного сравнения. Не разрушаться от нее. Не ломаться. А превращать ее в силу.

Этот поцелуй был экзаменом. Испытанием судьбы. Она ждала, сломаюсь я или нет?

И вот я почти целая.

Я приняла решение.

Я не буду бороться за Адиана, не буду унижаться, не буду просить его выбрать меня вместо судьбы.

Я просто выдержу.

Даже если внутри все будет рваться на части. Даже если мне придется смотреть, как он любит другую. Я постараюсь выдержать этот последний экзамен в этом доме.

И тут, в тишине ночи, раздался звук.

Сначала тихий скрип ворот. Потом цокот копыт по брусчатке.

Карета.

Она выезжала со двора.

Я замерла, прислушиваясь. Шум колес удалялся, растворяясь в ночной мгле столицы.

Он поехал за Аннабель. Началось самое тяжелое. Ожидание.

Я села в глубокое кресло у окна, подтянув ноги к груди. Красный бархат обивки казался горячим на ощупь. Я слушала дом. Каждую минуту. Каждый шорох. Каждый вздох ветра за окном.