Книга Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим..., страница 96 – Анна Кривенко

Я злилась на него. Злилась оттого, что все проявления его так называемой ревности были всего лишь из-за желания не ударить в грязь лицом перед окружающими. Такой же тщеславный дурак, как и его отец. Хотя почему я злюсь? Почему мне так неприятно?

А потому что за эти дни, пока мы работали вместе, я поняла: этот молодой человек — гений. Гений медицины. У него огромный талант. Он действительно прожигает своё призвание, занимаясь непонятно чем. И мне отчаянно, отчаянно хотелось бы это изменить.

Мне хотелось бы быть с ним откровенной, может быть, стать другом… чтобы приобщить к медицине навсегда, чтобы вместе спасать людей. Я же видела, что он искренне сострадает людям. Его спесь и высокомерие куда-то деваются, когда он начинает лечить пациентов.

Но между нами постоянно стена. Эта стена — его предупреждение против меня. Поэтому я сторонилась, поэтому и заявила о разводе. Он ничего не сказал. Но был зол и раздражён сверх меры.

Что ж, лучше уж так, чем продолжать играть эту гнусную комедию на публику. Кажется, мы достаточно разыграли из себя супружескую пару. Пора заканчивать этот фарс.

Но мне было больно. Я сама не могла понять почему. Неужели он мне действительно нравится? Боже, что за напасть!

Наверное, всё дело в том, что я всегда влюблялась в талантливых врачей. Это моя маленькая слабость…

* * *

На бал-маскарад я всё-таки смогу попасть: Николай Николаевич отложил операции на несколько дней. Но решила, что Юрию Александровичу об этом лучше не знать.

Когда он уехал, облачившись в свою лучшую одежду, я тоже начала поспешно собираться. Варю и Семёна брала с собой.

Варя постаралась на славу: она нарядила меня в лучшее платье, сделала невероятно красивую причёску. Где-то достала маску, закрывающую верхнюю половину лица. Ей я тоже подарила красивый наряд, чтобы она могла пойти со мной.

Приоделся и Семён, и стал выглядеть как настоящий принц. Я похвалила его, назвав красавчиком, а он неожиданно зарделся, как девица-подросток. Вот чудной…

Правда, я тут же вспомнила о его странных объятиях и немного огорчилась. Но, может быть, мне показалось? Может быть, он не испытывает ко мне ничего такого. Не хотелось бы давать пареньку ложную надежду…

В общем, уже через полчаса мы тряслись в карете и прибыли в княжеский дворец в самый разгар сбора гостей.

Блеск бального зала, одежд и драгоценностей, которые пестрели вокруг на многочисленных гостях, просто ослепил меня. Стало даже неуютно.

Не люблю такие мероприятия, но пришла сюда ради князя. Ради того, чтобы выразить ему благодарность. Всё-таки я многое успела достичь благодаря ему.

Варе и Семёну пришлось остаться в малом зале.

Я заранее надела маску и затерялась в толпе. Чувствовала свободу хотя бы от того, что меня вряд ли кто-то мог узнать. Я тоже никого не узнавала — просто потому, что в принципе не была особо знакома ни с кем из высшего света. Поэтому подумала, что побуду на балу всего пару часов — и уеду обратно, успокоив совесть тем, что исполнила свой долг.

Однако не прошло и десяти минут, как какой-то мужчина вынырнул из толпы, поклонился и протянул руку, приглашая на танец. Его глаза были скрыты под маской, но не узнать его я не могла: только посол Ульрих обладал таким исключительно выдающимся носом.

Честно говоря, я даже немного приуныла: надеялась остаться незаметной и неузнанной. Однако Ульрих безумно меня удивил, когда назвал по имени.