Книга Камера! Мотор! Магия, страница 5 – Катерина Кравцова

— Я же вам рассказывала, неужели так трудно запомнить? Мы разошлись в трактовке роли, и потом у меня были тогда значительно более интересные творческие предложения… — старушка картинно задирала седые бровки, заламывала тощенькие ручки, и действительно слегка напоминала при этом птицу.

Она могла бы еще долго повествовать о временах своей минувшей (и возможно, отчасти выдуманной) славы, но тут мимо нас прошел незнакомый мужик, и тетя Фаня воззвала к нему неожиданно громко и игриво:

— Николенька! Николенька, не убегайте, вы обещали мне эпизод! Деточка, прощайте, меня зовет искусство! — на этом престарелый призрак ушедших лет подмигнул и скрылся так же внезапно, как и возник передо мной.

Я непроизвольно поулыбалась ей вслед, и пошла своей дорогой. Меня мучили опасения, что Толькину резиденцию придется искать слишком долго, но она нашлась моментально, стоило войти в коридор третьего этажа. Да, это здесь. Вот и табличка на двери: «Перекресток путей», режиссер А. Малкин. Изнутри доносилась экспрессивная Толькина скороговорка:

— Я не могу работать в такой обстановке! Как, скажите, как я должен делать кино? Сценарий сырой, диалоги вялые, актриса на главную роль не утверждена, натура… Вы говорили, у вас есть на примете подходящая натура?

Голос его собеседника — глубокий и вкрадчивый — солидно подтвердил:

— Совершенно верно, прекрасный особнячок на Аптекарском. С историей, знаете ли. Вот сегодня утвердим… как зовут героиню?

— Да боже мой, пусть ее зовут как угодно! Но до сих пор нам не попалось ни одной, говорю вам, ни одной мало-мальски похожей на ведьму! Ведь стоит завести с ними дело, так каждая того гляди схватится за помело! А на роль пробуются сплошь простушки, ни малейшей ведьмовской искорки ни в глазах, ни в… нигде!

— Ничего, на сей раз все устроится, уверяю вас, — интересно, с чего это Толькин собеседник так уверен в успехе?

Ну, раз мизансцена уже сложилась, отчего же не подыграть?

— Ведьму вызывали? — с этими словами вместо приветствия я аккуратно распахнула дверь носком берца.

Встала на пороге, уперла руки в бока и лучезарно улыбнулась присутствующим. Эффект оказался таков, что даже мое похмелье на радостях несколько отступило. Толик ошалело моргнул, а потом раскатился заразительным звонким хохотом.

— И как вы, уважаемый Бенедикт, прозрели это чудное явление?

Названный странным именем мужчина только развел руками. С Толиком я была знакома давно, поэтому принялась рассматривать «предсказателя». Он вальяжно расположился в кресле, вытянув длинные ноги едва не через всю комнату. Костюм на нем был хорош, но несколько потерт, старомодные очки смешно торчали на мясистом носу, а глаза из-за сильного увеличения линз казались выпуклыми, как у рыбы.

— Садись, Алена, я тебе расскажу, что мы тут затеяли, — странное дело, едва увидев меня в дверях кабинета, Толик как будто молча согласился с мнением Бенедикта насчет моей кандидатуры на роль.

Но рассуждать времени не было: я состроила заинтересованную мордашку, еще раз улыбнулась и уселась в предложенное утлое креслице. Толик, правда, следил за мной не только с радостью, но и с некоторым изумлением, точно я десантировалась в его офис, скажем, через окно на разноцветном парашюте. Или въехала на подъемной платформе.