Книга Академия зодиаков. Статус выше любви, страница 122 – Анастасия Нуштаева

Их лица все еще были слишком близко, поэтому они не говорили — шептали.

Лео несколько секунд собирался с мыслями, пялясь на губы Киры. Но затем посмотрел ей в глаза и сказал:

— Ну, ты не похожа на земляных. Не унылая, не скучная. Наоборот. А еще красивая и соображаешь. Может, иногда перегибаешь палку, но лучше так, чем не иметь своего мнения, как… ну, ты поняла.

Потом Лео неожиданно для Киры провел носом по ее щеке, потихоньку втягивая воздух, и сказал:

— А еще пахнешь пылью, но приятно.

Он явно не чувствовал подвоха и не ощущал, как Кира напряжена. Что ее вопросы не дежурные, и что ответы, пускай такие льстивые, ей тем не менее не нравятся. Однако, вместо всего, что скопилось у нее в душе, Кира сказала лишь:

— Пылью?

Она так сильно скривилась, что Лео подумал, будто она придуривается, и рассмеялся. Но Кира взаправду опешила. Заметив это, Лео чуть вскинул брови, и как ни в чем ни бывало спросил:

— Я что-то не так сказал?

Кира буквально ощутила, как округлились ее глаза. Как ее затопило чувство такой поглощающей обиды, что даже не получилось вдохнуть полной грудью. Потом она почувствовала, как скапливаются слезы в уголках глаз.

Прежде, чем разрыдаться, Кира вскочила и крикнула:

— Ты сказала не так абсолютно все!

Вот теперь стало по-настоящему плевать, кто их видит, и как это оценивает. Кире важен был лишь один взгляд — Лео.

А он смотрел, опешив. Кажется, даже не моргал. Откинулся на спинку, словно желал находиться как можно дальше от Киры, но вместе с тем не собираясь уходить.

— Что… — начал он.

Но Кира перебила его с ужасным осознанием: Лео даже не понимал, в чем не прав.

— Я — это моя стихия! Мало на свете более преданных земляных… Когда ты оскорбляешь их, ты оскорбляешь меня. И нет, я совершенно не отличаюсь от людей Земли! Я не уникальная, я ровно такая же, как они! И горжусь этим!

Если бы Кира обернулась, то заметила бы, как на них поглядывают. Но она даже не думала глядеть по сторонам. Сразу развернулась к выходу, не желая больше ни секундочки здесь находиться.

Ну как же она могла так легко обмануться? Хотя не так уж легко… Лео красиво все выкрутил, мол, она такая особенная и прекрасная, в отличие от остальных земляных. Нет, прав был Киса: он такой стихист, на какого даже смотреть должно быть неприятно. Не то, что говорить! И, конечно, не то, что целовать.

От последней мысли Кире совсем дурно стало. Но как следует подумать ее она не успела.

Оказалось, Лео тоже вскочил. Он схватил ее за руку, и Кира так этого не ожидала, что даже вскрикнула. Развернувшись, она попыталась освободить руку. Но как ни пыталась, как бы злостно ни смотрела на Лео, какие бы проклятия ему ни шептала — все это не работало. Ну, конечно. Он ведь огненный. Значит, сильный. Значит, лучше ее.

Тогда Кира заглянула в его глаза, такие печальные, что даже тусклые.

— Что тебе?! — воскликнула она. — Когда уже ты меня отпустишь?

Прозвучало так, словно Лео держал ее в клетке. Однако же, он просто касался ее руки. Причем достаточно нежно, если бы Кира не вырывалась.

Она совсем не думала, что это произойдет, но очень надеялась, что Лео извинится. Вот за эти полминуты поймет, каких глупостей наговорил. Осознает, как был неправ не только сейчас, но и всегда, когда считал Землю недостойной стихией.

Но он сказал:

— Так когда твой день рождения?

Причем его взгляд не сочился издевкой. Как будто он даже сожалел… Как будто. Наверняка было ясно одно: он не собирался извиняться.

В последний раз дернув руку до боли сильно, Кира наконец-то высвободилась. Она чувствовала, как жглась кожа от хватки Лео, как жглись на ее теле взгляды посторонних, как жглись глаза от слез. Но сильнее всего она чувствовала, как жглось сердце от непонимания Лео.

Еще пару секундочек Кира просто смотрела ему в глаза. И прежде, чем развернуться и умчать из стихийного зала, чтобы наконец-то очутиться в блаженном одиночестве, Кира бросила:

— Первого января.