Книга Невеста в бегах. Хозяйка Запретных пустошей, страница 54 – Мария Минц

Шурх-шурх…

Да что это такое может быть?!

Заворачиваюсь в драное покрывало, которое нашла под матрацем. Ничего лучше у меня пока нет, но оно создаёт хотя бы какую-то иллюзию защищённости.

Так я в детстве накрывалась с головой одеялом, чтобы спрятаться от всяких чудищ, которые щедро встречались в сказках, которые мне рассказывали перед сном.

Сердито смахиваю навернувшиеся слёзы. Нашла время раскисать, Джина! Лучше подумай о том, что делать!

Ну, с этим-то всё понятно. Лежать и ждать, пока тот, кто шуршит за окном, уйдёт.

А если не уйдёт?

А если он ищет вход в особняк? И вообще, лучше подумай хорошенько, Джина, вот о чём. Ты уверена, что все двери в особняк заперты?

От одной только этой мысли меня пробил мороз по спине.

А ведь и правда. Вдруг этот… шуршатель не просто так ползает там, внизу, а ищет лазейку, по которой он может проникнуть в Гленмур?

Лихорадочно перебираю в уме все входы и выходы из усадьбы. Прихожу к выводу, что те, о которых я знала, закрыты. Это главный вход, через который я провожала Драггана, и чёрный, который как раз смотрит в сторону Пустошей.

Но вдруг остались ещё какие-то, которые я пока не обнаружила? И они распахнуты, словно в знак приветствия: проходите, мол, гости дорогие!

Эта мысль так захватывает меня, что когда моей руки, случайно высунувшейся из-под покрывала, что-то касается, я невольно вскрикиваю

— Тс-с-с! — недовольно цыкает на меня Тиб и вдруг добавляет фразу, от которой у меня волосы встают дыбом:

— Ты тоже это слышишь?

— Д-да, — сбивчиво отвеаю я, — и ломаю голову, что это такое! Эй, ты куда?

Тиб примеривается и без спроса юркает под одеяло. Прижимается ко мне мохнатой спиной и, повозившись, замирает.

Я обнимаю его одной рукой и ловлю себя на осознании, что в его присутствии мне поспокойнее.

— Никогда такого не слышал, — еле слышно ворчит Тиб, — веришь, нет, до твоего прибытия всё было тихо.

— То есть, это я виновата? — шиплю я, — Ну спасибо!

— Я такого не говорил! — возмущённо шепчет домовой, — Это может быть простым совпадением. Тс-с-с!

Теперь замираем мы оба. Шуршание и не думает прекращаться. Правда, теперь оно переместилось правее.

Я легонько толкаю кота в спину.

— Иди проверь, что там такое.

— Вот ещё! — возмущается он. Вытягивает лапы и упирается ими в пол так, чтобы я точно не смогла его сдвинуть, — Сама проверь! Я местный домовой, если меня сожрут, то Гленмур защитить будет некому!

— Ага, а если меня, то… — парирую я и пристыжённо умолкаю. Если сожрут меня, то Гленмуру будет ни горячо, ни холодно. Ну, наводить в нём порядок будет некому, это да.

Спор утихает, зайдя в тупик. Мы прислушиваемся к звукам извне, невольно затаив дыхание. Я обнимаю Тиба, а он прижимается ко мне.

Наконец, пошуршав ещё немного, загадочные звуки стихают. Что бы или кто бы это ни был, оно ушло.

Только тут я обнаруживаю, как нещадно у меня затекли ноги за время невольного бдения.

Повозившись немного, чтобы размять их, забываюсь тревожным сном. Судя по быстро обмякшему телу, Тиб от меня не отстает.

Наутро, как и обещал, заявляется Седрик. Он застаёт меня за чашкой бодрящего (на самом деле, нет) отвара из дубовой коры. Держа её перед собой, как защитный амулет, встречаю его в дверях. Тиб крутится у меня под ногами, не отходя ни на шаг и прижимая уши на каждый подозрительный звук.