Книга Мой кошмарный роман, страница 26 – Надежда Паршуткина

Я и не хочу.

Я хочу видеть её каждый день. Слышать её смех, её сердитый голос, её стоны в темноте. Держать её руки в своих. Быть тем, кто защитит её от любого ветра.

Пришлось разорвать помолвку с Даной. Это был тяжёлый разговор. Я сказал, что у меня есть жена. Подарил ей несметные дары — драгоценности, земли, магические артефакты — в знак извинений за сломанные надежды. Она не плакала. Она смотрела на меня с холодным недоумением.

Отец был в шоке. Метка на моей руке, ответная печать жены, для него не была убедительна — они не чувствовали её через миры.

— Где она? Кто её род? — бушевал он.

— Она из другого мира, отец. Через месяц, к полнолунию, я приведу её во дворец. Дай мне этот месяц.

Для дракона месяц — миг. Он скрежетал когтями по камню трона, но в конце концов кивнул, извергнув клуб дыма от возмущения.

— Месяц. Ни дня больше, и она должна быть достойна.

Вечером пришла Дана. Без стука, как имеющая право. Её глаза блестели не слезами, а гневом.

— Это шутка, Игнат? — голос её дрожал. — Жена? Какая жена? Я пять лет была с тобой!

— Дана, это… сложно объяснить. Это магия. Судьба.

— Судьба? — она фыркнула и шагнула ко мне. — Ты же любишь меня. Я чувствую.

Она прижалась, обвила руками мою шею, пытаясь поймать губы. Я отклонил голову, чувствуя, как дракон внутри зашипел, чуя чужой, нежеланный запах.

— Остановись.

— Я же вижу, что ты меня хочешь, — прошептала она, её пальцы скользнули по застёжкам моей туники.

— Дана, я еле сдерживаю дракона, — сквозь зубы проговорил я, отводя её руки. — Он… он не примет тебя. Он может тебя поранить. Уйди, прошу.

— Ты хочешь меня, — повторила она с упрямой, слепой уверенностью и стянула с меня тунику.

Я не сопротивлялся. Отчаянная мысль мелькнула: а вдруг? Вдруг это просто наваждение, а дракон ошибается? Вдруг связь с той, Марией, — лишь побочный эффект проклятья, а не зов Истинной?

Её губы коснулись моей груди. Я закрыл глаза, пытаясь расслабиться, найти в этом привычное, простое удовольствие.

Тогда дракон взревел. Не в душе, а в самой реальности. Крылья, чёрные, как ночь, с рваным, яростным звуком разорвавшим воздух, вырвались наружу сами по себе, без моего приказа. Один мощный взмах — и Дана с криком отлетела к стене, сметённая ураганным порывом.

— С ума сошел?! — прошипела она, поднимаясь, её идеальная причёска растрепалась, в глазах был испуг и ярость.

А я стоял, сжимая голову руками, пытаясь загнать дракона обратно, в глубь сознания, заставить его сложить крылья, успокоиться. Каждая клетка тела требовала не её, а другую. Ту, чей запах уже начинал витать в комнате.

— Вон, — прохрипел я, не открывая глаз. — Уходи. Быстро.

Она выпрямилась, отряхнула платье. Взгляд её стал ледяным и страшным.

— Ты ещё об этом пожалеешь, Игнат. Клянусь Лунными Тенями.

Она ушла, хлопнув дверью. В ту же секунду, как эхо, в комнате стал нарастать тот самый, желанный аромат. Свежести, снега и чего-то неуловимого, чисто женского. Дракон тут же затих, улёгся, удовлетворённо урча. Я открыл глаза.

Она была там. Мария. Стояла, озираясь, вся напряжённая, как пойманная птичка. Я попытался объяснить. Сказать, что это не её вина, но теперь это наша общая реальность. Что она мне нужна. Что я… что я не могу без неё.

Но она даже слушать не стала. Уставилась на след от помады на моей груди — след, который сейчас вызывал во мне лишь острое отвращение — и сказала что-то про то, что «Дана лучше». А потом просто исчезла, вырвав себя из сна с такой силой, что у меня в висках застучало.