Книга Его грешная одержимость, страница 61 – Виктория Кузьмина

Чем больше всплывало в памяти, тем сильнее становилась ухмылка на порочных губах Деза. Видимо, весь спектр стыда и паники слишком явно отразился у меня на лице, потому что я уже ощущала, как адски пылают щёки, а в ртутных глазах Каина начинает вспыхивать тёмный, довольный огонь.

Он склонился ниже. Если до этого просто нависал, опираясь на вытянутые руки, то сейчас оказался настолько близко, что я почувствовала не только жар его кожи, но и тяжесть его тела, которое постепенно накрывало меня собой. И это почему-то не казалось чем-то неправильным. Наоборот. Было приятно. Слишком. Его вес успокаивал, его близость словно собирала меня заново, а жар его тела опалял так, что дышать становилось труднее.

Я чувствовала его естество, упирающееся мне в бедро, и от этого сердце начинало биться быстрее.

— Ты покраснела... До сих пор стесняешься того, что между нами происходит? — пальцами одной руки он нежно коснулся моей щеки, проводя ниже, к шее, и я увидела, как дёрнулся его кадык, стоило пальцам скользнуть к метке. Второй рукой он уже не был таким бережным. Обхватил грудь, сжимая мягкое полушарие и из моей груди сам собой вырвался короткий, непроизвольный стон.

Я зажмурилась. Его пальцы нашли сосок и сжали, заставляя меня тихо зашипеть от лёгкой боли, которая почти сразу смешалась с удовольствием. Он опустил взгляд, и я вместе с ним. На груди ещё оставались следы от его поцелуев. Яркие. Алые. Они резко контрастировали с бледной кожей, и от этого зрелища меня почему-то бросило в ещё больший жар.

— У тебя очень нежная кожа. Я буду бережнее относиться к твоему телу... — тихо проговорил Деза и, склонившись, втянул в рот вершинку соска.

Влажный звук вперемешку с ярким всполохом удовольствия, прокатившимся по телу, заставил меня выгнуться и обхватить его мощные плечи руками. То, что он творил, было разрушительно. Его запах становился ярче, гуще, и путал сознание, как дурман. Я чувствовала его везде. В воздухе. На коже. На простынях. В собственных лёгких.

— Каин... ты опять хочешь? — голос прозвучал тише, чем мне хотелось бы, и слишком беспомощно.

Он усмехнулся мне в грудь. Горячо. Порочно. Проводя по соску языком.

— Я всегда тебя хочу. Будь моя воля, я бы брал тебя до тех пор, пока у нас не кончились силы. Пока ты не забыла своё имя. Пока моим запахом не пропитается каждая клеточка твоего тела.

Его слова разрушали сознание своей откровенностью так же сильно, как рука, скользнувшая между ног. Когда его пальцы коснулись меня там, где ещё хранилась влажность, я непроизвольно застонала и выгнулась сильнее, а он, будто только этого и ждал, припал к моим губам в жёстком, пожирающем поцелуе.

Два его пальца скользнули в меня и начали доводить до исступления, расшатывая и без того слабый самоконтроль, заставляя дрожать от этой обжигающей близости и шептать его имя, пока он делает это со мной. Пока доводит. Пока медленно, мучительно подводит к краю.

— Вот так... — хрипло выдохнул он мне в губы, чувствуя, как я сжимаюсь вокруг его пальцев. — Не прячься от меня, маленькая моя. Я хочу видеть, как тебе хорошо.

Я хотела ответить, но не смогла. Слова просто растворились. Осталась только дрожь. И этот невыносимый, сладкий жар, который с каждым движением его руки становился всё сильнее.