Книга Его грешная одержимость, страница 155 – Виктория Кузьмина

Мирей случайно нашел её в своем подвале, когда мы приехали в город, и из жалости не стал выгонять. Она имела невероятную наглость попросить его о помощи, ведь на моем суде слышала, что его племянник работает в центре, где заносят все метки в единую базу данных. Её метка четко виднелась на запястье. Компас с тонкой стрелкой на север.

Мирей обладал фантастической памятью, ведь он почти всю жизнь проработал хирургом и до сих пор активно практиковался как врач, пока лично следил за моим здоровьем и состоянием Кая. Теперь еще и с Аланом они подозрительно хорошо сдружились.

После того как нам удалось достать фото Нагро, среди которых обнаружилось одно со светского приема, где он стоял с вытянутой рукой, сжимая бокал шампанского, и была хорошо видна его татуировка, Мирей тут же рассказал всё Саяну и мне. Каково же было наше общее удивление, когда мы покопались в закрытой базе, нашли его метку и, выловив потрепанную Грету, соотнесли все факты.

Бедолага сейчас была свято уверена, что именно Саян её истинный. Она даже не подозревала, что сегодня состоится её встреча со своим настоящим альфой, и далеко не просто так на ней сегодня было элегантное платье без рукавов. Он обязательно увидит и метку, и свою истинную омегу в руках совершенно другого мужчины.

Месть обещала быть чертовски сладкой.

Дверь машины плавно открылась. Отбросив все свои внутренние переживания, я в последний раз кинула взгляд в зеркало заднего вида, проверяя идеальный макияж, и поправила тонкую бретельку платья. Высокая прическа идеально оголяла вечную метку на шее. Алые туфли и яркая помада тон в тон совпадали с нашей с Каином парной меткой на руке, всё было подобрано безукоризненно. Даже мой букет. Всё идеально сочеталось в единый, кричащий образ. Кричащий о праве на Нас.

Выходя из машины под ослепляющие вспышки фотокамер, я намеренно проигнорировала теплую накидку. Поправила длинный, струящийся по ветру подол своего свадебного платья и, гордо вскинув подбородок, пошла к ступеням здания суда, поудобнее перехватив цветы.

Журналисты молчали, оглушенные происходящим какую-то секунду, а потом толпа оглушительно взревела.

Тут находилось множество подкупленных нами блогеров и даже влиятельные журналисты из столицы и других государств. Все, кого мы лично пригласили, уже получили тайно крупную сумму в ушлую лапку и подписали жесткий договор о неразглашении.

Не знаю точно, сколько стоило их молчание. Явно недешево, ведь извернуться им теперь придется очень сильно, чтобы переплюнуть тех продажных писак, кого подкупил глава города раньше нас.

Сегодняшний день знатно встряхнет многих. Некоторые даже от такого политического землетрясения потеряют гораздо больше, чем приобрели бы в случае нашего поражения.

Услышав хлопки закрывающихся дверей машин, что стояли до этого на парковке, я даже не обернулась. Все члены союза двигались прямо вслед за мной на это заседание. Первое и последнее.

Гул толпы становился всё громче.

Снег под алыми туфлями звонко скрипел, словно я шла по битой стеклянной крошке. Облачка пара вырывались с губ, но мне совершенно не было холодно. Внутренний жар ядовитой змеей полз по раскаленной коже, вынуждая редкие снежинки моментально таять и испаряться паром, едва касаясь кожи.

Заходя в здание, мы уверенно следовали сквозь плотную толпу собравшихся госслужащих. Заседание начиналось ровно через минуту, и все они собрались здесь чисто из любопытства. И, похоже, они были откровенно шокированы и совершенно не разочарованы тем зрелищем, что сейчас видели.