Онлайн книга «Яга и хрустальная гора»
|
— Тебя-то что не устраивает? – не удержался от вопроса. И не важно, что Яга вполне могла услышать. – Сам по кошкам, только снег таять начинает, бегаешь небось и нормально всё? А здесь… — Так то – я, - важно промурчал Васька, с печи на лавку спрыгивая. – Раз такое и бывает. Ну, иногда два, когда какая-нибудь забудет вовремя о природных потребностях вспомнить, - продолжал, лапками потряхивая. – Но не вот так же, когда вздумалось. Это ж как такое быть может? И правда – как? Как можно на старуху… Черт, вот снова не о том. Черты, желания пробудить способные, найти в Яге необходимо. Ну, да, лицо старческое. Тело – дряблое. Здесь даже и под одеяло можно не заглядывать. Еще – что? А и нечего, не за что, вернее будет сказать, глазу зацепиться, дабы желание пробудилось. — А ежели любовь? – выдал совершенно неожиданно для себя. – Ежели желания разум затмевают? Васька аж лапки намывать перестал, на Ивана уставился своими желтыми глазищами. Медленно опустив лапку, сел удобно, мордочку вверх задрав, дабы говорившего видеть лучше. — Это к Яге любовь? – с сомнением выдал, мурлыкнув при этом как-то странно, как раньше не мурлыкал. – Говорил я, что добром дело не кончится. Не верила, - продолжал, со скамьи спрыгивая и из избы направляясь. – Вот сама теперь пусть и расхлебывает. А Васька пойдет пока звезды посчитает. Все интереснее занятие, чем ваши охи-вздохи слушать. О чем это он? Иван уже вопрос задать собирался, когда кот шмыгнул за дверь, воспользовавшись специально сделанной в той, лазейкой. Вот и всё. Вот и остался один на один с Ягой. Вздрогнул от неожиданности, когда руки… Руки Яги плеч коснулись. Сама… Быть того не могло. Затаив дыхание, медленно обернулся. Улыбалась старуха своим беззубым ртом. Смущенно так. Вроде. Шнуровка на рубахе исподней, в которой спала, распущена. Грудь старческая вида далеко не впечатляющего взору Ивана предстала… Что сделать должен? А что должен? Ласку дарить. Искреннюю. Может, и у самого то, что должно для самого главного действа подняться, поднимется. А если еще глаза прикрыть и образ попробовать нежный вызвать… Грешно. Только выхода другого не видел. Не сможет по-другому. Не получится, чувствовал. А обратной дороги нет... — Что медлишь, Иван? – вроде как завораживающе старуха прошепелявила. – Али боишься, что противиться стану? – продолжала, сама бесстыдно руку свою морщинистую к паху его прижимая. – Мал что-то твой удалец, - продолжала, бесстыднейшим образом пальцами своими старушечьими сжимая и поглаживая то, что мужским достоинством, гордостью мужской зовется. — Не время ему еще, - вслух проговорил, уговаривая себя за ласку приняться. Тяни не тяни. А теперь, уж если и старуха… Не о старухе думать… О девице – надобно. О Василине. Её образ перед глазами вызвать пробовать. Мысленно прося прощения за измену, попытался Иван сосредоточиться на том, что неизбежно произойти должно. На ласках, которые Яга ждала. Тоже – женщина. Только возраста преклонного. Самого себя уговаривал… А как уговоришь, когда… Глаза прикрыв, попробовал по памяти женское тело ласкать. В конце концов, где прописано, что глаза видеть должны? Чувствовать. Чувствовать – главное. А то, что глаза видят, вот тут… Глава 37. А кто она, Яга... Чувствовал, как старуха к губам тянется. Поцелуя ждет. Снова напомнить себе попытался, что женщина, ласки жаждущая. Как бы только с отвращением собственным справиться… |