Книга Пленница жестокого Севера, страница 122 – Анна Рейнс

Мне так хочется, что все поскорее закончилось. Мне так хочется, чтобы завтра не наступало.

Но наступает новый день. А вместе с ним и суд.

Погода сегодня просто отвратительная. Ветер завывает, бьет в окна, заставляя их дрожать. Я настолько на взводе, что от каждого порыва чуть ли не вздрагиваю. День в самом разгаре, но из-за этой вьюги солнца совсем не видно. Лишь в комнате уютно горит камин, разгоняя полумрак.

Перевожу взгляд на Тайлу. Дочь сидит на краю кровати, собирая деревянный пазл. Нижняя губа задумчиво выпячена. Мне кажется, с каждым днем ее глаза становятся все более синими. Не могу насмотреться. Айварс сказал, что это оттого, что ее дракон набирает силу.

Присаживаюсь перед ней на корточки и напоминаю еще раз:

— Сегодня у мамы и папы сложный и важный день. Слушайся Марту. Вернемся, скорее всего, вечером.

Она кивает, беспорядочно дрыгая ногами. Едва не бьет ими меня.

— А потом поедем смотреть Северное сияние? — с надеждой спрашивает она.

— Не сегодня, — улыбаюсь я. С тех пор как Айварс дал ей это обещание, она не перестает спрашивать.

— Хо-ро-шо, — по слогам говорит она. А затем вдруг откладывает игрушку, подается вперед и обнимает меня за шею. Проводит по моим волосам маленькой ладошкой. — Я люблю тебя, мамочка. Не переживай.

У меня моментально все сжимается внутри. Обнимаю ее в ответ, ощущая, как в глазах щиплет от слез. Тайла остается с Мартой, а Айварс приказал удвоить охрану. Но все равно за нее я переживаю больше всего.

Всегда буду.

Выхожу из комнаты и направляюсь в зал совещаний — именно там будет проходить суд над Далией. Слуги кланяются при виде меня, и обычно я отвечаю им легкой улыбкой. Сегодня даже ее не могу выдавить. Голова пустая, и в ней гулким эхом отражается каждый мой шаг.

Путь почти не откладывается в памяти. Только в какой-то момент понимаю, что я на месте. Смотрю на лица глав кланов — уже почти все собрались. Занимаю свое место.

Молчим, многозначительно переглядываясь. Напряжение повисает в воздухе, звенит, точно натянутая струна. Только усиливается, когда в зал заходит Айварс. За ним ведут Далию.

Руки скованы за спиной, но вид у нее такой, словно она тут хозяйка положения. Окидывает присутствующих высокомерным взглядом, а затем садится в выделенное кресло. Сопровождающие остаются стоять позади нее.

Затем стражников заходит все больше. И больше. За ними появляется… Инга Хельзарт. Главы кланов взволнованно переглядываются, не понимая, что происходит.

— Пожалуй, начнем, — произносит Айварс. Кроме воинов, он единственный, кто здесь остается стоять. — И с того, что еще один из присутствующих занимает место, которое ему не принадлежит. Ульрих Хельзарт…

Он резко встает, скрипя ножками стула о пол. Неверящим взглядом смотрит на свою мать. Лицо Инги замкнуто, но на нем явно читается решимость.

— Что это значит? — раздается грубый голос главы клана Аскельд.

— Родовой артефакт выбрал меня после смерти мужа, — с достоинством отвечает Инга, не глядя на сына. Голос ее не дрожит, осанка остается ровной. — Я не вижу больше смысла скрывать эту правду. Мужчина, что угрожает родной матери расправой, недостоин зваться главой клана Хельзарт.

— Ты только позоришь, себя, меня и наш клан, старая женщина, — буквально выплевывает Ульрих, упираясь ладонями в столешницу. — И приведешь его к краху. Пока я…