Книга Право первой ночи для Лорда Тьмы, страница 66 – Ольга Коротаева

Чужая жизнь, невозможные события, беспочвенные мечты. Я следую за Виргом, напоминая себе, что это волк в овечьей шкуре и гельерийский наряд не сделает из лорда Тьмы вельера. А поджарый конь, которого седлают для норзийца, выглядит так, будто с него только что сняли окровавленную броню.

— Держись крепче, — легко вскочив в седло, протягивает руку Вирг.

На миг поддаюсь сомнениям, вспоминая, как вот так же, на одной лошади, ехала на собственную свадьбу. Может, стоит отказаться, но любопытство всё же пересиливает. Когда наши ладони соединяются, лорд легко, будто пушинку, поднимает меня и сажает перед собой. Ощущаю спиной его могучую грудь, сильное и ровное дыхание, сутулюсь, стараясь казаться меньше и незаметнее.

Слишком много вокруг норзийцев, кажется, что все смотрят в нашу сторону, пока мы подъезжаем к воротам. Тейг, проводив нас, в ответ на взгляд лорда молча кивает и спешит обратно во дворец. Оказавшись за стенами, конь Вирга переходит на галоп, и я захлёбываюсь свежестью утреннего воздуха.

Как же хорошо снова ощущать ветер!

— Ты улыбаешься, — слышу довольный голос норзийца. — Мне нравится это.

— Каждой птице нравится летать… — смеюсь я и осекаюсь.

Вирг молчит, проглотив мой намёк на клетку. Остальное время в дороге проходит молча. Лишь когда мы приближаемся к небольшой деревне, лорд сухо просит:

— Если я буду вести себя не так, как должен вельер, пожми мне руку.

И соскакивает с коня. Потянувшись ко мне, осторожно снимает с седла и ставит рядом с собой. Деревянные ворота открываются, и к нам выходят мужчины. Впереди старец, за ним — трое среднего возраста. В руках самого младшего поднос с кувшином и тканевым свёртком. Обоняния касается кисловатый аромат свежеиспечённого хлеба.

— Мир вам, — кланяется старец. — С чем пожаловали сегодня, лорд Тьмы?

— Я приехал как ваш вельер. — Голос Вирга звенит металлом, и я незаметно сжимаю его ладонь. Тон норзийца смягчается: — Если у вас есть просьбы или жалобы, я готов выслушать и помочь.

Старик беззубо улыбается, а его сопровождающие наперебой начинают рассказывать о сухой земле и погибающих всходах. Я выступаю вперёд:

— Покажите вельеру мёртвые земли.

Мы долго идём, потому что у деревенских жителей не принято использовать ценных лошадей как транспорт. Вирг поддерживает меня под локоть, заботливо помогая на неровной почве, переносит через овраги на руках.

Первое поле оказалось не мёртвым, а иссушенным. Я гляжу на небо, высокая чистота которого не обещает скоро дождя. Присев на корточки, прижимаю ладонь к земле и прислушиваюсь к потокам силы.

— Здесь подземная река, — сообщаю лорду. — Но глубоко, под каменным пластом. Я могла бы направить рукав на поверхность, но…

Осекаюсь и с улыбкой смотрю в серьёзное лицо Вирга.

— Если вы поможете, мой лорд.

— Я? — Кажется, норзийца охватывает удивление.

Я киваю:

— Ваша сила разрушения. Вы можете направить её на каменный пласт, чтобы создать пару трещин, через которые вода бы проникала и питала всходы?

— А если я не рассчитаю силу и взорву всё поле? — притянув к себе, едва слышно уточняет норзиец.

— Вы можете кричать, — смотрю на него в уверенности, что всё получится, — а можете говорить тише и даже шептать. С магией так же. Попробуйте!

— Вам лучше удалиться, — мрачно советует Вирг старцу, и тот, понимающе кивая, резво убегает с поля. За старейшиной спешат его помощники, а норзиец вжимает меня в своё тело так сильно, что ноги мои отрываются от земли. — Держись за мою шею. Не хочу, чтобы ты случайно пострадала.