Книга Розы туманных холмов, страница 87 – Яна Черненькая

— Никогда бы не подумал, что вы умеете играть, – признался молодой человек.

— Умею – это громко сказано, но, как видите, на моем неумении фехтование никак не сказалось. Хуже я играть не стал… потому что хуже некуда. А теперь вернемся к рапире.

Фокс-младший неохотно и неловко взялся за рукоять.

— Представьте, что это ваша скрипка. Вы ведь не боитесь держаться за гриф?

— Нет.

— Здесь все то же самое, только хват немного отличается. Но представьте, что рапира – это не пыточный инвентарь… – барон с удовлетворением заметил улыбку на лице своего ученика, – да, не пыточный, а такой же музыкальный инструмент, который вам придется осваивать. И знакомого здесь будет не так мало. Смотрите. – Рейнард показал ученику простую атаку с переводом. – Узнаете?

— Нет, – растерялся Лесли.

— А если вспомнить дирижирование? – подсказал барон, повторив движение.

— Четыре четверти? Почти, – удивленно признал Фокс-младший.

— Видите? Общее определенно есть. А теперь держите руку вот так. – Рейнард помог ученику сделать правильный хват. – Почувствуйте баланс. Попробуйте направлять клинок в разные стороны одними пальцами. Вот… отлично… У вас все получается.

На этом занятии они не достигли особенных успехов, кроме одного. Главного. Уменьшили страх Лесли перед фехтованием и рапирой. И, конечно, нашли общий язык. Заниматься с человеком, который тебя боится, сложно и почти бессмысленно.

Несколько раз, когда ученик от усталости начинал ошибаться, Рейнард прерывал занятие и просил его играть на скрипке. Так постепенно они худо-бедно освоили стойку, шаги и основные уколы. А что еще нужно для начала?

Уже прощаясь, барон передал Лесли адрес медиума и велел непременно к нему зайти. Тот поблагодарил, а потом, поколебавшись немного, спросил:

— Сэр… вы увидите сегодня Санду?

— Надеюсь, что да.

— Значит, она в Грейхилле?

— Да, разумеется.

— И с ней все в порядке? – Во взгляде Лесли читались смесь вины и беспокойства.

— Не знаю, мистер Фокс, – ответил Рейнард. – Я бы сказал, с ней все в порядке, насколько это возможно в ее обстоятельствах.

— А вы… – Юноша покраснел. – И Санда… – Он сжал скрипичный футляр так, что побелели пальцы, и заговорил быстро-быстро, словно боясь, что его оборвут и не станут слушать: – Поймите, я просто обязан спросить… ведь я ее брат. И, кажется, единственный в семье, кому до нее есть дело… А она заслуживает счастья. Она… всегда меня защищала. И защищала всех, кто слабее. Сейчас ей тяжело и плохо. Рядом никого нет. Но все, что я мог для нее сделать, – прогнать из дома. Потому что ей здесь не место. Отец ненавидит ее…

— За что же? – Барон сделал вид, будто ни о чем не догадывается.

— Она сама вам расскажет. Если захочет. А я не могу. Простите, – замотал головой Лесли. – Вы только ответьте… на мой вопрос.

— На какой? – не понял его Рейнард.

— Вы и Санда… Вы собираетесь… просить ее руки?

Это было ожидаемо, но оттого не менее огорчительно, потому что барон понятия не имел, что ответить. Разумеется, он и в голове не держал идеи просить руки Александрины Фокс, да и в целом не собирался менять свою свободу на сомнительные прелести семейной жизни. Но как это объяснить брату девушки, для которого картина выглядела до крайности однозначной?

— Сейчас не лучшее время думать о подобных вещах, – дипломатично ответил Рейнард. – Ваша сестра гостит у надежных людей, которые обещали ей помочь. Я всего лишь отвез ее к ним и ничего больше.