Книга Парадокс Харди, страница 2 – Анна Свирская

Они знали, что открылась очередная червоточина, но так как со связью в их глухомани было плохо, то без подробностей: знали, какой квадрат атакован и что страйдер был уничтожен через сорок минут после появления. Атаки происходили часто и примерно в четверти случаев кто-то из защитников погибал; но обычно это были незнакомые имена. А Хэ Дун когда-то тренировался на их базе…

Он не был Сандре другом; они и разговаривали-то несколько раз, потому что разница в возрасте была слишком большой: Хэ Дун был лет на десять старше. У каждого из них была своя компания, свои инструкторы, жили они в разных блоках.

Потом Сандре сказали отправляться на тренажёр. Она была недовольна, потому что занималась на тренажёре до обеда, а после рассчитывала если не на отработку приёмов с активированным оружием, то хотя бы на спарринг с кем-то из ребят. Но приказы командира не обсуждались.

На тренажёре её оператором оказался Щелкунчик, и Сандра помнила не только это, но даже то, сколько баллов она набрала в каждой симуляции. Шестьдесят восемь в бою со страйдером типа МD9 – он выглядел как огромная медуза. Девять сильных щупалец, каждое из которых имело свои отростки. В симуляции щупальца были примерно по пять метров длиной, но Щелкунчик говорил, что программа давно не обновлялась (как всегда, не хватало ресурсов), и в последних атаках MD9 были ещё больше, хотя иногда, наоборот, появлялись поменьше, но очень быстрые. Ещё он сказал, что шестьдесят восемь против MD9 – это второе место в рейтинге за всё время существования базы. Больше, семьдесят и одну десятую, заработал только Алексей Флеминг. Когда-то он тоже тренировался здесь, потом сражался на северном рубеже, оказался парализованным ниже пояса из-за травмы, а теперь стал тактиком Флемингом.

После тренировки Сандра пошла в душ и уже там заметила красно-лиловый след на теле. Он шёл от грудины наискось вниз и заканчивался на левом боку чуть ниже талии. Шириной он был пальца в три и хотя и напоминал на вид кровоподтёк, на самом деле был просто изменением цвета кожи, без припухлости или отёка. Надавливать тоже было не больно. Сандра была абсолютно уверена, что несколько часов назад, когда она надевала тренировочный костюм, этой отметины не было.

Она не сразу пошла в медицинский блок: любая мелочь могла стать причиной отстранения от занятий, а может, и чего похуже. За их состоянием следили тщательно: во-первых, «клинки» были невероятно важны, и возможные болезни надо было пресекать в зародыше, во-вторых, любые нарушения здоровья у людей, владеющих таким оружием, становились очень опасны. И самое последнее: все «клинки» были носителями серьёзной мутации, а это значило, что высока была вероятность каких-либо других отклонений помимо способности ощущать иные измерения.

К вечеру странное пятно не исчезло, и Сандра отправилась к доктору Эйлер. Та осмотрела след и задумчиво сказала, что это точно не кровоподтёк – словно Сандра сама не знала. Снимок она делать не стала. Сканеры, которые сейчас нигде не производились, ценили не меньше «клинков» и пользовались ими только в случае крайней необходимости, так что доктор Эйлер сказала, что пока просто понаблюдает.

Утром пятно слегка побледнело, и доктор Эйлер опять ничего не сказала. Зато после обеда Сандре сообщили, что она вместе с тремя другими «клинками» получила назначение и отправится на базу в Золинген.