Книга Зловещие маски Корсакова, страница 65 – Игорь Евдокимов

И когда он почти утратил себя, все чуждые образы утонули в бесконечной безмолвной тишине.

Прошла секунда. Минула вечность.

В тишине раздался леденящий душу смех.

Из тьмы показалось лицо.

Такое знакомое.

Такое чужое.

Его лицо.

Двойник растянул рот в жуткой усмешке и, не шевеля губами, шепнул: «Нет уж, ты – мой!»

Корсаков вновь оказался в реальности, в ту же самую секунду, когда видение иного мира захватило его. Он падал, медленно, будто воздух вокруг него превратился в кисель. Придавленное его телом, к земле прижималось щупальце. Сверху на него опускался блеснувший в свете потайного фонаря топор. Лезвие коснулось кожи. Прорезало ее насквозь. Ударилось о землю, отсекая щупальце начисто.

И время вновь догнало Корсакова.

Он рухнул на камни, перекатываясь. Коростылев взревел голосом, в котором не осталось ничего человеческого, и притянул обратно обрубок щупальца с хлещущей из него черной кровью. Закричал Федор. Второе щупальце инстинктивно сомкнулось вокруг него, вонзая острые зазубрины в плоть и врезаясь присосками, точно пиявка.

Словно повинуясь болезненному воплю своего повелителя, из выходящих в грот тоннелей выплеснулся поток ужасающих существ. Лавина из клыков, когтей, шипов, щупалец и омерзительно неправильных конечностей казалась неудержимой. Еще секунда – и они бы поглотили стоящего на их пути Беккера. Четыре-пять – захлестнули бы Корсакова с Постольским.

Но Вильям Янович не растерялся. Крутанув заслонку потайного фонаря таким образом, чтобы сконцентрировать его свет тонким ярким лучом, профессор мазнул им по приближающейся орде чудовищ. Раздался оглушительный, разрывающий барабанные перепонки вой. Конечно, луч фонаря не остановил тварей, лишь заставил их немного помедлить. Самую малость – но этого хватило, чтобы громкий окрик Корсакова эхом отразился от стен грота:

— Никита, остановите их, или я взорву нас всех!

В его голосе, в его взгляде было столько уверенности и мрачной решимости, что Коростылев не стал медлить. Ему не нужно было отдавать приказов – единый разум, связывающий монстров, уже передал его повеление кошмарным слугам. Твари резко остановились буквально в шаге от Беккера. Профессор испуганно отпрянул и плюхнулся наземь, но фонарь из рук не выпустил. Корсаков же удовлетворенно ухмыльнулся и медленно поднялся, брезгливо откинув носком сапога отсеченный кончик щупальца.

— Объяснись, – прошипел Коростылев, по-прежнему скрываясь за корчащимся от боли камердинером.

Корсаков, однако, обратился не к нему, а к Постольскому, который успел достать из кобуры револьвер вместо утраченного карабина:

— Павел, будь так добр, не делай резких движений и, главное, не пытайся стрелять.

После такого заявления Постольский пораженно уставился. Даже на искаженном болью лице Федора отразилось удивление. А вот Беккер, в отличие от них, только удовлетворенно кивнул.

— Вы же сами сказали, – продолжил Владимир, повернувшись к Коростылеву. – Легковоспламеняющийся метан, который скапливается в замкнутых пространствах, может вызывать легкую эйфорию и головокружение. Не знаю, как у вас, господа, а у меня лично голова немножечко кружится. Кстати, симптомы интоксикации очень напоминают те, что выявил уважаемый Вильям Янович в ходе вивисекции одного из ваших собратьев.