Книга Покров 3. Чарусы, страница 28 – Алёна Моденская

— Стучит! – Коля, оказавшийся рядом с застывшей от ужаса Василисой, рванул к церковке, по крыше которой уже расползлось пламя.

Действительно, изнутри будто что-то стучало. Когда Василиса подбежала, Коля уже отбросил палку, припиравшую дверь, и из церквушки вывалился запыхавшийся отец Павел. Он пролетел пару шагов, развернулся и с перекошенным лицом посмотрел на церковь. Горела не только крыша, но и стены, причём с нескольких сторон.

— У вас песок есть? – спросил Коля, неподвижно глядя на пожар.

— Да, там, у стены, – выдохнул отец Павел, и они с Колей побежали к церковке.

— А огнетушитель? – спросила, нагоняя их, Василиса.

Отец Павел только кивнул и побежал к объятой пламенем церквушке. Василиса хотела было его остановить, но её утянул за рукав Коля. В зазоре между домом и сарайчиком, превращённым в церковку, действительно нашёлся довольно большой ящик с песком, а при нём - ведро, багор и две лопаты.

Коля резко выдохнул, кивнул и снял со стены обе лопаты. Одну кинул Василисе. Но таскать песок на другую сторону было далеко, а потому затушить так пламя не получалось, хотя Василиса и Коля бегали туда-сюда без остановки.

Отец Павел тем временем как-то забрался на крышу и пеной огнетушителя стал сбивать огонь.

— Уйди-ка!

Василису толкнуло в сторону, и она, не удержавшись на ногах, упала на землю. Мимо пробежал какой-то человек, раздалось шипение, и языки пламени скрылись в белом облаке. Снова шаги, голоса, шипение, пена. С разных сторон к церкви подходили люди и тушили пламя.

Василиса села, оправила шапочку. Ей подала руку Лета.

— Хорошо, что почтальоншу встретила, – проговорила Лета, помогая Василисе подняться. – Она же на велике, быстро к моему отцу сгоняла.

Василиса на миг растерялась, но быстро поняла, что речь шла о новом главе администрации посёлка. У него-то явно есть огнетушители. Вернее, были. Потому что их все, или почти все, пришлось растратить на тушение пожара в церковке.

Вокруг медленно перемещались люди, кто-то что-то говорил, местные тётушки цыкали языками и качали головами.

— Как же мы теперь без церквы-то, а, – причитала одна из кумушек, отряхиваясь от разлетевшегося повсюду пепла.

— Ничего, разберёмся как-нибудь, – подхватила её приятельница. – Теперь главное – разобраться, кто поджёг.

— Неужто поджог? – округлила глаза какая-то из бабулек.

— А ты думала! И отца Павлика-то заперли! Уморить, вишь, хотели!

— Да быть этого не могёт!

Василиса бочком стала отодвигаться от слишком осведомлённой паствы отца Павла.

— Правда, кто это сделал? – тихо-тихо проговорила Лета где-то рядом. – Это уже серьёзно.

— Я двоих видела, – так же шёпотом произнесла Василиса.

— Я вообще никого не видел, – покачал головой Коля.

— Пойду гляну, как там Бобик. – Василиса прошла через заполненный людьми двор и присела у конуры. Лохматый Бобик мирно сопел, положив голову на лапы.

Как он умудряется дрыхнуть, когда вокруг толчея и суета? Или усыпили? А почему нет? Кто-то явно подготовился. И Василиса, кажется, знает, кто. Всё сходится. Деревянные дом и церквушка. И калитку отец Павел никогда не запирает.

Василиса уже вскочила, чтобы найти отца и всё ему рассказать.

Прошла два шага. Остановилась. Ей же не поверят. Скажут, что она из-за старых обид хочет оговорить Зою и её подружек. И потом – Зоя же всё время была на виду. А вот её приятельницы вполне могли под шумок со сжиганием чучела рвануть сюда и забросать церковку горящими бутылками.