Книга Ойме, страница 57 – Алёна Моденская

— Н-да. — Лёка снова оглянулась на Тину, которая мурлыкала что-то в трубку, пальчиком водя по обоям. — И что парням в таких девицах нравится?

— А давай спросим, — задорно улыбнулась Марина. — Август!

Лёка резко обернулась. Оказывается, мимо буфета с букетом разноцветных листьев как раз проходил Август. Он остановился и уставился на Тину, которая стояла к ним спиной.

— Ну? — не глядя на Марину, спросил Август.

— А почему вам, мужчинам, нравятся именно такие девушки?

— Какие? — Август так и таращился на Тину.

— Ну вот как твоя подружка.

— А какие должны нравиться? — Август наконец повернулся к Марине. — Такие, как ты, что ли? Или как эта страшила? — Август указал на Лёку. — Я ж не идиот.

У Лёки обычно при его близком появлении щёки пылали, и она поскорее отворачивалась. А теперь ещё сильно защипало в носу и глазах.

— Слышь, Серпень, а ты не офигел часом? — громко, с вызовом, спросила Марина. — Думаешь, раз сынок хозяйки, так всё можно?

Задавить слёзы не получилось, Лёка против воли разревелась.

— А чего я сказал? — насмешливо спросил Август.

— Что происходит? — спросил голос Валерия Алексеевича.

— Ничего особенного, — ответил Август. — Просто назвал страшилу страшилой, вот и всё.

Где-то хихикнула Тина. Этот звук подействовал, как спусковой крючок. Лёка, не разбирая дороги из-за пелены слёз, рванула прочь из буфета. Отшвырнула кого-то с дороги, споткнулась, врезалась в угол. Потирая ушибленную бровь, добралась-таки до раздевалки. Стащила униформу, бросила куда-то.

Попыталась остановиться. Но рыдания не уходили, все мышцы сводило судорогами, слёзы лились потоком. Лёка шмыгнула, чтобы перевести дыхание, протёрла глаза. А он в сущности прав. Из зеркала на неё смотрело собственное опухшее мокрое лицо. Волосы растрепались, рот скривился, глаз не видно.

Ну и пусть. Лёка накинула куртку и вышла из раздевалки. Откуда-то доносился голос Марты, которая кого-то отчитывала. Но Лёке уже было всё равно. Она вылетела из кафе и, спотыкаясь, побежала домой. Ну и пусть её теперь уволят, так даже лучше. Родители-то оказались правы. Весь её пируэт с самостоятельностью с треском провалился.

Верно мама говорит — надо устроиться к папе в мастерскую. Без разницы, кем. Главное, что там она будет дочкой владельца, и никто не посмеет так с ней разговаривать.

Холодный воздух выветрил слёзы и стянул лицо сухой плёнкой. Лёка остановилась у забора Дома культуры. Погримасничала. Вроде стало лучше — и мышцы двигались, и вообще дышать уже легче.

Захотелось арбуза. Лёка зашла в супермаркет. Хорошо, что будний день, народу мало. Можно выбрать арбуз без очереди. Загрузив десятикилограммовую бахчу в тележку, Лёка пошла было на кассу, но остановилась. Взяла ещё большую пачку чипсов с беконовым ароматизатором, коробку зефира в шоколаде и медовик по акции.

Затрещал смартфон — звонила Марина. Нет уж, хватит на сегодня. Лёка отключила телефон и пошла на кассу.

Дома решила сварить кофе. По своему рецепту — со сгущёнкой и сливками. Взбила смесь, положила в чашку. Отвернулась, чтобы поставить турку на плиту. Пока кофе варился, наблюдала, как тётя Тамара среза́ла разноцветные пышные георгины в палисаднике.

Ну и пусть. Пусть парням нравятся надутые куклы. Вычурные, сплошь искусственные. Пустые внутри. Зато, если не тратить энергию на отношения, можно сохранить нервную систему и построить карьеру.