Книга Комната кошмаров, страница 83 – Артур Конан Дойль

— Думаете, к вечеру все будет в порядке?

— Если днем не выпьете ни капли и не будет никаких нервных проявлений, полагаю, можно считать, что все обошлось, – ответил доктор.

Он подумал, что немного страха пациенту не повредит, так что до предела сгустил краски.

— А каких симптомов мне ожидать? – спросил Дэнбери.

— Обычно они проявляются в виде зрительных галлюцинаций.

— Я повсюду вижу мушек.

— Это просто от избытка желчи, – успокоил его доктор, поскольку заметил, что парень и так достаточно напряжен, и не захотел перегибать палку. – Полагаю, сейчас у вас подобных симптомов нет, но когда они возникают, то обычно принимают форму насекомых, рептилий или диковинных животных.

— А если я что-то подобное увижу?

— Тогда тотчас же посылайте за мной.

Пообещав прислать лекарство, доктор откланялся.

Молодой Дэнбери встал, оделся и заходил по комнате вконец несчастный и растерянный. В мыслях он уже видел себя навечно заточенным в сумасшедший дом графства. Он поверил словам доктора, что если благополучно переживет день, то к вечеру все будет в порядке. Однако не очень-то весело ждать появления симптомов и поглядывать на свой сапог, гадая, остается ли тот сапогом или же у него вырастут рожки да ножки. Наконец ожидание сделалось невыносимым, и его обуяло желание подышать свежим воздухом и увидеть зеленую траву. Зачем ему торчать дома, если в полумиле собирается Аскомбское охотничье общество? Если у него и появятся галлюцинации, о которых говорил доктор, то они не начнутся раньше и не обострятся оттого, что он проедется верхом. А еще он был уверен, что это облегчит его головную боль. И вот через десять минут он уже оделся для охоты, а еще через десять выехал из конюшни на своей чалой кобыле Матильде. Вначале его немного покачивало в седле, но чем дальше он отъезжал от дома, тем лучше ему становилось, и к тому времени, когда он добрался до места сбора, голова у него почти прошла, и его больше ничто не беспокоило, кроме всплывающих в памяти слов врача, что галлюцинации могут появиться в любое время до наступления вечера.

Но вскоре он и об этом забыл, поскольку, как только он подъехал, спустили гончих, и те помчались к Черному склону, а оттуда к Ореховой роще. Утро для гона выдалось прекрасное: след не сносило ветром, не смывало водой, и земля была в меру влажной – как раз, чтобы он держался. Всего съехалось сорок заядлых охотников и отменных наездников, и, когда они подъехали к Черному склону, все знали, что охота задастся, поскольку там что-то да найдется. Тогда леса в тех краях были гуще, чем теперь, да и лис водилось больше, а в темной дубраве их было без счета. Трудность заключалась в том, чтобы выгнать их из чащи, потому что, как вы знаете, через заросли не пробраться, и нужно выманить их на открытое место, прежде чем начать загон.

Доехав до Черного склона, охотники разместились вдоль опушки, каждый там, откуда, по его мнению, лучше всего начать. Кто-то последовал за гончими, кто-то группами встал в конце просек, а кто-то остался на открытом месте в надежде, что лиса выбежит прямо на них. Молодой Уот Дэнбери знал те места как свои пять пальцев, поэтому направился к месту, где сходились несколько просек, и стал ждать. У него было ощущение, что чем быстрее и дальше он проскачет, тем лучше, так что ему не терпелось сорваться с места. Как и его кобыле, находившейся в расцвете сил и одной из самых резвых в округе.