Книга Босиком по 90-м, страница 77 – Иван Любенко

Город точно вымер, но уже начинало светать.

В гостинице мы проспали до обеда. Выяснилось, что питание стоило 30 долларов на человека в сутки. Такое роскошество мы не могли себе позволить и чтобы купить хот-дог, и банку «Кока-Колы», ходили пешком в аэропорт по невыносимой жаре, проваливаясь по щиколотку в травяную, пропитанную водой массу бесконечных газонов. Они занимали всё пространство перед аэровокзалом, и обойти их не было никакой возможности. Казалось, мы шли по болоту.

Еду экономили и делили по-братски.

Мой друг стал избавляться от паники, но всё равно надеялся только на меня. Он задавал один и тот же вопрос, принимавший разные формы: «Что ты собираешься предпринять?», «Мы так и будем сидеть, сложа руки?», «Где взять деньги?». Я едва сдерживался, чтобы не вспылить, но понимал, что от этого легче не станет. Одно было ясно – надо ехать в Шарджу. Находиться в номере было бессмысленно. И мы отправились в город.

Таксист высадил нас в самом центре. План был простой. Надо было найти какую-нибудь туристическую фирму, которая согласилась бы понести расходы по обслуживанию нашего самолёта, гостинице лётчиков и туристов. Взамен они получили бы возможность работать с томичами и принимать по два рейса в неделю. А эти издержки были бы оплачены со следующего прилёта. Я не сомневался, в том, что потом Верёвкин согласится на все наши условия. К тому же, на наш счет уже должны были поступить его деньги, и мы готовы были их привести новым партнёрам даже наличными. А вообще-то, такой обман не мог просто так сойти Верёвкину с рук. Но сейчас было не до мести. Нам предстояло найти выход из тупика.

Мы протопали немало улиц. Солнце палило так, что не только рубашка, но и брюки пропитались потом. Сам не знаю как, но ноги вынесли меня на уже знакомый перекрёсток. Подняв голову, я увидел знакомую вывеску: «Авиакомпания и турагенство «Чайка». Я нажал кнопку домофона. Женский голос спросил на английском, кто нам нужен. Пришлось объяснить, что мы ищем партнёра для приёма туристов в Шардже. Дверь отворилась, и нас впустили. Прямо перед нами открылся лифт. В кабине имелась только одна кнопка: «3 этаж».

Через несколько секунд мы попали в секретарскую – прохладное помещение, отделанное белым мрамором. Девушка лет двадцати пяти любезно провела нас в соседнюю комнату и осведомилась на чистейшем русском языке, какие напитки мы предпочитаем. Застигнутый врасплох этим вопросом, я лишь пожал плечами. Она улыбнулась и принесла поднос со стаканами, и апельсиновым соком. Внутри графина плавали кубики льда. Жажда нас мучила давно, и графин опустел быстрее, чем успел растаять лёд.

В глаза бросилась настольная табличка: «Курение приветствуется!». Прямо перед нами висела карта мира с подсветкой, игравшая синими (где моря и океаны), жёлтыми (где пустыни) и коричневыми (где горы) цветами. На другой стене – карта России. Дорогая мебель свидетельствовала о высоком статусе хозяина офиса. В тот момент я отчётливо понимал, что это наш первый и, возможно, последний шанс выкарабкаться из почти безвыходной ситуации. Позже Алик мне признался, что точно такие же мысли посещали и его.

Неожиданно открылась дверь, и возник парень, немногим старше нас. Он был одет в белую сорочку с короткими рукавами, светлые брюки и сандалии на босу ногу.