Книга Напиток мексиканских богов. Звезда курятника, страница 93 – Елена Логунова

— Беру свои слова назад! – звучно чихнув, сказала Тяпа. – Это место очень подходит для обустройства небольшого уютного склепика под мраморной плитой!

— Может, не будем выяснять суть Райкиного заказа? – Нюня струсила, но было уже поздно.

— Будьте здоровы! – весело произнес бойкий девичий голос, который я уже слышала по телефону.

Из-за малиновой портьеры выглянула рыжеволосая конопатая барышня в модных очочках без оправы.

— За заказом? – спросила она, приспустив на нос свои окуляры.

— За ним, – настороженно ответила я. – Вы мне звонили. Лебзон Раиса Марковна.

— Я знаю, у нас за последний месяц только один ваш заказ и был, – протараторила девчонка и снова скрылась за портьерой.

Оставшись в одиночестве, я вновь почувствовала себя неуютно. Бронзовые кольца потревоженной портьеры таинственно бряцали. Птица, пролетевшая над куполом здания, отбросила на мрамор пугающую тень и шмыгнула по полу, как черный призрак! Я затравленно пробежала глазами по полкам и почувствовала большое облегчение, обнаружив в одном из шкафов сочинения В.И. Ленина в несчетном количестве томов. Полное собрание заветов Ильича сыграло роль якоря, который успешно удержал мой слабый и склонный к мистификациям разум на позициях диалектического материализма.

— С вас четыреста двадцать восемь рублей за сканирование и распечатку, – деловито сказала рыжая, выходя из-за занавески.

В руках у нее была бумажная папка самого унылого канцелярского вида – с завязанными плоским бантиком тесемками и надписью «Дело».

— Здесь все? – спросила я, не имея о содержимом папки ни малейшего представления.

— Вся книга, разумеется, хотя, строго говоря, настоящей книгой этот труд не назовешь, потому что отпечатан он не в типографии, а на ротапринте, полукустарным, стало быть, способом, но материал очень интересный, хотя из-за ерей и ятей читается трудновато, – азартно затарахтела рыжая болтушка. – Дороговато вышло, потому что каждую страницу копировали, но вы же сами так просили.

— Да-да, конечно, – согласилась я, вытаскивая кошелек.

Ужасно хотелось спросить, что за допотопное «Дело» с ерями и ятями я получаю за четыре сотни нормальных послереформенных рублей, но я уговорила себя потерпеть.

— Хотите, здесь присядьте, поработайте, – вручив мне папку, предложила рыжая.

Однако я совсем не хотела оставаться в библиотечном склепе сверх необходимости. С толстой папкой под мышкой я покинула величественное и мрачное книжное царство, прошла в ближайший сквер и устроилась на лавочке под сиреневым кустом, обещающим в самом ближайшем будущем пышно зацвести. Над зеленоватой гладью маленького искусственного пруда сновали стрекозы и бабочки, на скамье в окружении сумок и игрушек восседали молодые мамаши, в песочнице копались их поднадзорные младенцы – обстановка была удивительно мирная, спокойная и приятная. Весьма подходящая для того, чтобы развязать тесемки загадочного «Дела», за картонной обожкой которого могло таиться все, что угодно.

— Например, архивный перечень всех кладбищенских захоронений последнего столетия с указанием вакантных мест! – выдвинула свою версию Тяпа. – Или дореволюционный список «Справочника чернокнижника» с уникальными пометками практикующего мага на полях. Или…

Я дернула за веревочку.

Это было «Жизнеописание достопочтенных россиян, после кровавой бури революции нашедших успокоение в тихой гавани Прекрасной Франции, по мере сил и слабого ума составленное камер-казаком Ее Императорского Величества Марии Федоровны Макаром Пащиком».