Книга Семь футов под килькой, страница 58 – Елена Логунова

Мы, не сговариваясь, тихо пошли за ними, навострив ушки.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что у нас с Виктором непростые отношения, – бурчал Покровский.

— При чем тут бизнес, у Вити личная трагедия, – возражала ему жена.

— Да-да, на твоем Вите прямо лица нет, так он страдает!

— Намекаешь на что-то, Артурчик? Так ты прямо скажи… – Мадам Покровская остановилась было, но супруг с усилием поволок ее дальше. – Хочешь расставить все точки над «и»? Точно хочешь?

— О чем это она? – прошептал Петрик.

Я жестом показала ему: «Тсс! Молчи! Потом поговорим».

— Не заводись, Риточка, ты меня неправильно поняла, не нужны мне никакие точки. – Покровский сменил тон, заговорил ласково, даже заискивающе. – Меня просто огорчила необходимость потратить столько времени на посещение кладбища, ты же знаешь, как много у меня сейчас дел в новом заведении на Красноармейской…

Супруги заговорили тише и к своей машине на парковке подошли уже в молчании. Мы с самым независимым видом проследовали мимо них – к Дориному «Лексусу», на котором приехали втроем.

— Не показалось ли вам, что Покровский дал понять: он в курсе отношений его Риточки с «ее Витей»? – спросила Доронина, поглядев на нас с Петриком в зеркало.

Мы устроились сзади, оставив место рядом с Дорой для бабушки, которую должны были забрать на обратном пути.

— Да-да, и Риточка дала понять, что всегда готова к откровенному разговору, а то и к разрыву, – охотно согласился Петрик. – Причем не с Витей, а с мужем!

— И муж пошел на попятную, – закончила Дора. – Похоже, он-то как раз к разрыву не готов.

— Какие страсти кипят за фасадами внешне благополучных браков! – фальшиво посетовал Петрик. – Что у Афанасьевых, что у Покровских… Удивительно ли, что по-настоящему мудрые мужчины и женщины не спешат связать себя семейными узами…

— По-настоящему мудрые – это мы трое, что ли? – уточнила я. – Право, даже не знаю… Если это был комплимент, то он не показался мне приятным.

— Так у тебя еще есть шанс выйти замуж за Караваева, его измена пока не доказана, возможно, она существует только в твоем воображении. – Петрик переключился с Афанасьевых и Покровских на меня.

— Да, что там с Караваевым? Есть ли новости с турецкого берега? – охотно поддержала тему Доронина.

И весь остаток пути до стоматологической клиники, где нас ждала Феодора Матвеевна, был посвящен мучительному препарированию моей личной жизни.

С водителем покойной Ольги Петровны Доронина встретилась в тот же день, но без нас – сама же обозначила формат беседы как тет-а-тет. Но сразу после состоявшегося разговора подруга-начальница позвонила мне и сообщила:

— С Артемом я договорилась, через неделю он выходит на работу в «Дорис». Так что имей в виду и дарлинга нашего предупреди: поездки по служебной необходимости на такси отменяются, будете заранее согласовывать график своих перемещений по городу с нашим штатным водителем. Двойной расход я не потяну – и шоферу зарплату платить, и ваши разъезды в наемных экипажах финансировать…

— Понятно, понятно, – мне неохота было слушать Дорины рассуждения на тему экономного хозяйствования. – Ты мне лучше другое скажи: про Покровскую с Афанасьевым что-то выяснила?

— А как же! Артем на прежнего хозяина обижен, – тот его уволил без выходного пособия, – так что секреты семьи Афанасьевых он хранить не намерен. Подробностей я от него, конечно, не добивалась – трудновато было бы обосновать мой углубленный интерес к этой теме, – но я сказала, будто Ольга Петровна мне жаловалась, что у ее Виктора интрижка с той Риточкой…